Чужое присутствие почувствовал за миг до того, как раздалось сухое предупредительное покашливание. Подобравшись, оглянулся — ожидая всего, вплоть до прямой агрессии.
На моей кровати сидела Анастасия. Глаза княжны в темноте посверкивали ультрамариновым магическим отсветом, а эмоции чувствовались даже сквозь защитную скорлупу, которая обычно ее закрывала идеально.
Зоряна при виде княжны вздрогнула, испугалась. Сначала было вцепилась мне в руку, потом отпустила с явным усилием. Я шагнул к стене и включил свет. Мы с Зоряной невольно сощурились, а вот княжна на яркий свет не отреагировала — она поднялась с кровати и сделала пару шагов в мою сторону. На Анастасии был деловой костюм с юбкой, неброские, но дорогие украшения — причем, судя по виду, родовые. Выглядит так, словно только что с собрания акционеров или похожего по смыслу сборища.
По мере приближения девушки я все явственнее чувствовал ауру пробирающего до костей холода. Когда Анастасия остановилась рядом, вдруг понял, что бурлящие внутри нее эмоции настолько сильны, что княжна едва держит себя в руках.
— Оставь нас, будь добра, — коротко посмотрела Анастасия на Зоряну.
Несмотря на объявший ее вполне закономерный страх, Зоряна сначала взглядом попросила у меня разрешения. И только когда я кивнул, склонилась в полупоклоне:
— Да, ваше высочество.
Анастасия в буквальном смысле сверкнула глазами, провожая взглядом Зоряну. И, шагнув ближе ко мне, подняла руки, устанавливая защитный купол. Сразу после сотворения заклинания княжна побледнела и даже чуть покачнулась, а на лбу у нее выступила испарина. Да, сфера безмолвия достаточно энергозатратна, и для княжны ее постановка — серьезное испытание. Впрочем, на неудобства от выплеска энергии Анастасия не обратила внимания, глядя мне прямо в глаза.
— Анна Николаевна сегодня утром была вызвана в Петербург, где ее арестовали жандармы Третьего отделения, — подрагивающим от напряжения голосом произнесла Анастасия.
— По какому поводу? — поинтересовался я.
— Пока не знаю, — покачала головой княжна. — Нам надо поговорить.
— Говори, — просто ответил я.
— Не здесь. В рабочем кабинете. Пойдешь?
Ух ты, вот это поворот! Однако как мы заговорили… И ведь если я сейчас скажу «нет», она просто развернется и уйдет.
На раздумья мне потребовалось много времени. Очень много, больше десяти секунд. Анастасия, несмотря на напряжение от удержания сферы, ждала. Я же за это время вспомнил весь сегодняшний длинный день: разговор с директрисой, извинения братца-рыжего, дуэль Анастасии и показательное презрение к ней целительницы, отсутствие Мустафы с фон Колером, посылка и ее содержание и вот теперь — неожиданная разговорчивость обычно не замечающей меня княжны.
Вдруг словно событийный вихрь закружился в сознании, все более полно собирая понятную конструкцию декорации окружающего меня мира — до этого закрытого стенами поместья Юсуповых-Штейнберг. Пришло ясное понимание, что сейчас предстоит делать выбор, от которого зависит вся моя дальнейшая жизнь.
Посылка как подтверждение: обезличенный перстень с полыхнувшими цветами неизвестного герба, полная оплата по старым счетам — сбережения опекуна Войцеха и сумма за участие в турнире. И как по заказу — отъезд Мустафы и отсутствие фон Колера. Наверняка чтобы никто из заинтересованных сторон даже намеком не смог повлиять на мое решение.
— Пойдем поговорим, — кивнул я.
Анастасия сняла закрывающую нас сферу и ощутимо покачнулась. «Ох ты, если бы я подождал еще совсем немного, она могла вообще без чувств упасть. Да, разговор сейчас точно простым не будет», — еще раз уверился я.
Донельзя взволнованная Зоряна ждала в коридоре, и я взглядом и жестом показал ей подождать в моей комнате.
Пока шагал следом за княжной по уже знакомым коридорам в рабочий кабинет Анны Николаевны, покоя мне не давал только один вопрос — при чем здесь, чтоб его так, банан? Откуда они вообще узнали, что я бананы люблю? Неужто от Астерота привет?
ГЛАВА 27
Уже больше пяти минут я сидел в ожидании, а внимание Анастасии было полностью погружено в многочисленные экраны. Вероятно, проверяла защиту помещения от прослушивания. В своих догадках я утвердился, когда девушка прошлась вдоль стен, добавляя магической энергии в кристаллы-накопители.
Вернувшись за стол, княжна вновь села в высокое кресло Анны Николаевны. Чувствовала себя она в нем… по-моему, не очень уютно. Точно некомфортно, а вот почему именно, я даже не догадывался.