Он наклонился, его лицо оказалось совсем рядом с моим.
— Что-то забыла?
— Тебя, — ответила я. — Поехали домой со мной. Останешься.
Его лицо было словно картинка — глаза широко раскрыты от шока.
— Остаться?! С тобой?
— Да. Со мной.
— Не могу, — сказал он. — Нужно вернуться за Кейси.
Я чувствовала пульс в висках.
— Забери ее.
Он улыбнулся.
— Она плохо ведет себя в помещении. Все испортит.
— Ну, мы разберемся.
Его лицо потемнело, он был сбит с толку.
— Ты издеваешься надо мной? Это какая-то другая игра?..
— Нет, — ответила я. — Не игра.
Он посмотрел в темноту второй башни.
— Черт, я не уверен, Соф. Она все разнесет.
— Мы будем за ней присматривать.
— Да, но…
Я посмотрела на счетчик, на веселые глаза таксиста в зеркале заднего вида.
— Забудь на секунду о Кейси. Что ты хочешь сделать?
Он неловко потоптался на месте.
— Я… эм… вообще-то раньше не оставался. Нигде. Только не на ночь.
— Ты хочешь? — Я знала, что давлю на него, но момент уходил.
— Да, — ответил он. — Да, мне бы хотелось.
— Тогда мы заберем собаку, — сказала я.
Везти собаку в такси стоило мне небольшого чертового состояния, но я отмахнулась от протестов Каллума. Мне просто было все равно. Кейси прыгала вокруг моих ног, когда мы вошли в мое здание, провоцируя поднятые брови у тех, кто находился за стойкой регистрации. Я смерила их взглядом, без слов напоминая, что это владение моих гребаных родителей. Условия аренды могут поцеловать мою ноющую задницу.
— Это гребаный отель или что-то в этом роде? — спросил Каллум в лифте.
— Просто роскошное здание. Жители платят бешеные деньги.
— Вполне справедливо.
— Ты сам спросил, — улыбнулась я. — Моя зарплата никогда не покроет этого. Как я и говорила, я снимаю квартиру у своих родителей.
— И они не возражают? Что делают это дешевле для тебя?
— Деньги и собственность — две вещи, которыми они владеют в изобилии. Не думаю, что они задумываются об этом. Если, конечно, не пытаются шантажировать меня этим.
— Шантажировать тебя?
— Папа хочет, чтобы я работала в их семейном бизнесе недвижимости. А я нет. Мы ходим с ним кругами, в основном во время каждого воскресного обеда.
Лифт звякнул, и мое сердце подпрыгнуло, когда я вставила ключ в замок. Это становилось реальным.
Глаза Каллума сверкали, как темные драгоценные камни, когда он осматривал мою квартиру. Открытая планировка, минимализм, как и во всех остальных квартирах в этом здании. Но все же было мило: светлое дерево, стекло и все чертовски компьютеризированное. Я вошла в кухню и достала из холодильника бутылку вина.
— Хочешь бокал?
— Ага, спасибо.
Я наблюдала, пока откупоривала бутылку, как он осторожно ходит по квартире, засунув руки в карманы и стараясь ни к чему не прикасаться. Кейси вовсе не была такой рассудительной, она прыгала вокруг, кружилась в волнении от своего собственного отражения в балконных дверях, и стремглав врезалась в кофейный столик.
Каллум подпрыгнул, когда она уронила несколько свечей, но я только рассмеялась.
— Черт. — Он поднял сломанный подсвечник. — Прости, Соф.
Я протянула ему вино.
— Это всего лишь безделушка.
— Полагаю, у тебя их достаточно.
Я проследила за его взглядом, отмечая, как и он, что свечи — единственная моя реальная персонификация этого места. Все остальное было стандартным, зеркальным с квартирой напротив и идентичным с той, что внизу, но свечи были моими. Мне нравится свет.
Он посмотрел на произведение искусства над обеденным столом.
— Это копия, — сказала я. — Даже не спрашивай меня чья. Хотя сейчас, когда мои родители ударились в искусство, мы могли бы заиметь и законную репродукцию. — Я улыбнулась, просто, черт возьми, представив себе это.
— Твои родители художники?
И снова этот взгляд — тот, каким он смотрел на Бекс.
— Нет, черт возьми. Они построили тот шикарный новый «Саутбэнк комплекс». Ты, должно быть, слышал о нем?
Он пожал плечами.
— Не знаю.
Я улыбнулась.
— Ты не знаешь, слышал о нем или нет?
Он встретился со мной взглядом.
— Нет. Никогда о нем не слышал. Я не из твоего мира, Соф, и не слышал ни о какой такой причудливой херне. — Он встал, гоняясь за Кейси, которая прыгала на столешницах. — Я не должен быть здесь, — раздраженно бросил он. — Мне здесь не место.
— С собакой все в порядке, оставь ее в покое.
Он притянул ее к себе, усадил между своих колен, но она снова вскочила, несмотря ни на что.