– Правда? А я вот чувствую кое-что другое. Как будто ты от меня что-то скрываешь. Тебе не комфортно.
– Мне комфортно, – прошептала я,
Дориан бросает понимающий взгляд, сопровождая скептической улыбкой. Дерьмо. Он может чувствовать все?
Я сделала глубокий вдох и взглянула на красивейшего мужчину передо мной, адски надеясь, что не его обидела.
– Хорошо, хорошо. Просто… Я пытаюсь понять, что произошло. Я знаю, ты говоришь, что ненавидишь отца, и он… разочарован твоим выбором. Но будучи Темным, ты отверг вещи, которые не любишь в нем, и они просто не естественны для твоего вида? Ты знаешь, мой отец, Алекс, отличался, также, как и ты. Если есть больше чувствующих как ты, а я уверена, что есть, почему общаться со Светлыми настолько запрещается? И почему я такая единственная?
Взгляд Дориана немного потемнел, и все же я не чувствовала, что это от злости или даже желания. Нет, это что-то еще, еще одна загадка в человеке, которого я люблю. Возможно от стыда? От сожаления?
– Ты проницательна, малышка.
Со вздохом, Дориан сел рядом со мной, сбросив обувь прежде, чем забраться повыше, таким образом полулежать на горе подушек.
В любое другое время, он бы каким-то магическим образом появился на этом месте, но я заметила, что он перестал так делать с момента своего прибытия. Неужели он использовал слишком много силы, когда тут находился его отец? Он слабел?
Дориан притянул меня в свои объятия, положив мою голову себе на грудь. Ах. Это рай. Ощущать его, находится рядом, заставляет меня чувствовать, будто в мире все хорошо, и нет маньяков, нет отцов-социопатов, нет Светлых и Темных. Только мы.
– Изначально мы не являлись злом. Когда Божественная сила создала нас, мы буквально должны были управлять темнотой, ночью. Также как Светлые должны контролировать день. Что-то вроде хранителей природы. Но с течением времени привлекательность мирских соблазнов, которыми были окутаны темные часы, росла, и Темные стали потреблять их с вожделением, жадностью и силой. Они хотели управлять ночью и всем остальным, и не собирались останавливаться ни перед чем для достижения, желаемого. Даже убивали, чтобы утолить жажду к всемогуществу. Таким образом распространилась идея, что темнота – это синоним зла.
– Так это правда? Нет такого понятия как абсолютное зло? – Я знала это! Дориан не мог быть полностью грешным, даже если бы постарался. В нем действительно есть хорошее.
– Нет. Изначально не было. Но спустя время наша сила превратилась в нечто иное. Что-то темное и разрушительное. Мы потеряли нашу способность исцелять, нашу способность помогать другим бескорыстно. Нашу способность любить и проявлять сострадание. Мы полностью испортились.
Я кивнула, лежа на его груди, пытаясь найти способ, чтобы тактично задать свой следующий вопрос.
– Итак, раз Божественная Сила создала вас, Темных, почему она не может, ну ты знаешь, покончить с вами? Конечно, я рада, что этого не произошло по понятным причинам, но это кажется логичным решением.
Я почувствовала, как Дориан поцеловал мои волосы, затем услышала, как он коротко вдохнул, возвращая к жизни свое усталое тело. Ему нужен этот контакт для более комфортной близости между нами.
– Нас создали как дополнение к Свету. Две крайности с равными полномочиями. Мы Инь и Янь. Без одного другой не сможет существовать. Если уничтожить нас, также исчезнет и Свет.
Ох. Это имеет смысл. Также удерживает Темных от полного уничтожения Светлых. Привести Свет к уничтожению было бы самоубийством.
– Были и другие последствия. – Дориан мягко приподнял мою голову с его груди, чтобы поднять рубашку. Мгновенно у меня перехватило дыхание при виде его гладкого, аппетитного торса. – Татуировка. Мы, Темные, отмечены. Только другие сверхъестественные создания могут видеть ее, как способ предупреждения о нашем предательстве, чтобы пристыдить за наши грехи. Ты слышала о знаке Зверя?
Я сморщила лоб в замешательстве.
– Из книги Откровения? Но я думала, что это 666? И разве это не относится к концу света или подобному?
Блин, становится жутко.
Дориан покачал головой, прежде чем опустить рубашку, скрывая своё великолепие. Черт возьми. Но я не могла отвлекаться на свои плотские желания, не тогда, когда он делится со мной столь многим.
– Каждый знает имя нашего клана или нашей семьи. Скотос, Орексес и, даже семья твоего отца, Полемос всем известны. Но есть много других, хотя Скотосы были правящие династией в течение тысяч лет, задолго до моего отца. Тем не менее, было сказано, что появится тот, кто станет истинным носителем Знака Зверя.