Рейвен смахнула слезы с лица, решительно беря себя в руки. Она была твердо настроена отодвинуть горе в сторону на достаточное расстояние, чтобы впустить здравую мысль. Она могла чувствовать, как это съедает ее, поджидая на грани сознания, чтобы полностью поглотить.
- А почему я не могу ничего ни съесть, ни выпить, кроме воды? - Она потерла виски, не заметив, как тревога прошлась по обветренным чертам священника.
Отец Хаммер прокашлялся.
- Как давно это происходит с вами, мисс Уитни?
Ужасная пустота свернулась в ее желудке, в ее сознании, ожидая возможности вскочить и вновь погрузить в нее свои зубы. Она боролась за контроль над самой собой, и, подняв подбородок, проговорила.
- Рейвен, пожалуйста, называйте меня Рейвен. Кажется, что вы и так знаете обо мне все. - Она постаралась подавить дрожь. Вытянув руки, она уставилась на них, наблюдая, как они дрожат. - Разве это не глупо?
- Пойдемте в мой дом, дитя. Скоро наступит рассвет. Вы можете провести со мной целый день. Я посчитал бы это большой честью.
- Он знал, что это произойдет со мной, не так ли? - Тихо спросила Рейвен, начиная понимать. - Именно поэтому он прислала вас. Он боялся, что я на самом деле могу причинить себе вред.
Эдгар Хаммер медленно выдохнул.
- Я тоже боюсь, дитя. Они не такие, как мы.
- Вот что он пытался сказать мне. Но я не такая как они. Почему это произошло со мной? - Спросила Рейвен. - В этом нет никакого смысла. Почему он думал, что это произойдет?
- Вы прошли с ним через ритуал. Вы его вторая половинка. Свет в его тьме. Один не может жить без другого. Пойдем со мной, Рейвен, вернемся в мой дом. Мы вместе посидим и поговорим о Михаиле, пока он не придет за тобой.
Глава 8
Рейвен колебалась. Но сама мысль побольше узнать о Михаиле была заманчивой. Очень заманчивой.
- Думаю, что сейчас, когда я знаю, что со мной происходит, могу справиться с этим сама. Уже очень поздно, Отец, и я испытываю чувство стыда из-за того, что вам пришлось сидеть здесь на холоде и наблюдать за мной.
Отец Хаммер погладил ее по запястью.
- Какая чепуха, девочка. Я наслаждался этим небольшим поручением. В мои годы, редко кто с нетерпением ожидает необычного. По крайней мере, спуститесь вниз и побудьте со мной немного. Миссис Галвенстейн разожгла в гостиной камин.
Рейвен решительно покачала головой, инстинктивно защищая Михаила. Среди стен гостиницы скрывались многие из его врагов. Она бы никогда не поставила его в опасное положение и не имеет значения, насколько трудные времена при этом ей пришлось бы пережить самой.
Эдгар Хаммер тихо вздохнул.
- Я не могу покинуть вас, Рейвен. Я дал слово Михаилу. Он столько всего сделал для моего прихода, для людей в деревне, а в ответ просит всего ничего. - Священник задумчиво потер свою челюсть. - Я должен остаться, дитя, на случай если вам станет хуже.
Рейвен с трудом сглотнула. Где-то в этом здании спит Маргарет Саммерс. Рейвен смогла бы защитить себя, даже испытывая такое сильное горе, но в тоже время она с легкостью могла прочитать испытываемое отцом Хаммером неподдельное беспокойство. И если она смогла сделать это, то также сможет и Маргарет. Приняв решение, Рейвен подхватила свою куртку, смахнула с лица слезы и направилась вниз по ступеням прежде, чем смогла передумать. Самым главным для нее сейчас было защитить Михаила. Эта потребность была такой естественной, была частью ее души.
Оказавшись на улице, Рейвен сразу же застегнула молнию на своей куртке до самого подбородка, так как сразу же по возвращении в комнату она переоделась в выцветшие джинсы и университетскую олимпийку. Туман был везде - плотный, поднимающийся над землей на фут или около того. Было очень холодно. Она взглянула на священника. Его английский был слегка необычным, но ум и честность сияли на его обветренных чертах и в потухшей синеве его глаз. От сидения на балконе он замерз, поскольку был слишком стар, чтобы его можно было выдернуть из теплого дома и попросить выполнить такое поручение в середине ночи.
Она отбросила назад выбившиеся пряди волос, одновременно заставляя себя спокойно идти через деревню. Все выглядело таким мирным, но она знала, что группа фанатиков убивает тех людей, которые, как они полагали, являются вампирами. У нее было тяжело на сердце, которое болело. Ее сознание нуждалось в успокаивающем мысленном прикосновении Михаила. Она взглянула на находившегося рядом с ней старого человека. Его походка была быстрой, его манеры были спокойными и успокаивающими. Это был человек, проживший долгие годы в мире с собой и окружающими.