Спир
Как только «Копье» вошло в систему Масады, мы обнаружили стоящий у нас на пути ударный корабль Государства. Длинный узкий черный клин вы глядел в точности таким, каким и был: смертоносным. Долю секунды спустя от него отделились ракеты — и тут же ушли в микропрыжки через У-пространство — немыслимые во время войны, когда таких технологий еще не существовало, — чтобы появиться вновь всего в паре миль от нас.
— Что он говорит? — спросил я.
— Он хочет знать, что мы делаем здесь, именно над этой частью владений Государства, — ответил Флейт. — А еще — почему мы пополнили запас снарядов для рельсотрона, который, согласно историческим данным, был на исходе. А также почему у нас на борту мультимегатонное взрывное устройство, откуда взялся я, что мы делали на Погосте, кто еще, кроме меня, на судне, какое у нас тут дело и, кстати, почему он не должен превратить нас в пар прямо сейчас.
— Ты объяснил подробно?
— Да. Теперь он хочет отправить нам голема, желает получить полный доступ ко мне и в данный момент ведет У-пространственные переговоры с аналитическим ИИ, готовясь к полному исследованию нас и нашего корабля.
— Щекотливая ситуация, а? — заметила Рисс.
Я взглянул на дрона, свернувшуюся кольцами у стены. Она решила пока не убивать меня, поскольку это не помогло бы открыть тайну моей связи с шипом Пенни Рояла. Я, конечно, был ей благодарен, но данная связь волновала и меня самого.
— Тут место вроде как историческое, потому он и нервничает, — сказал я. — Я хочу поговорить с этим кораблем.
— Валяй, — откликнулся Флейт.
— Государственный ударный корабль, назовитесь.
— О, человеческое общение, не так ли? — с притворной скукой отозвался корабль. — Мое имя «Гаррота Мике л етто».
— Ха, — фыркнула Рисс, — кто–то вообразил себя убийцей Борджиа.
— Ну, — добавил ИИ «Гарроты», — я, по крайней мере, только назван в честь убийцы и не являюсь анахронизмом, неспособным стать чем–то еще.
— Заткнись, — буркнула дрон.
— Вот уж нет — затыкай прадоров.
— Кажется, мы отошли от темы, — попытался я прервать перепалку.
— Вряд ли, — ответил «Гаррота». — Интересная у вас тут троица. Перекроенный дрон из Цеха сто один, прадорский камикадзе, так и не исполнивший свой долг, и недавно воскрешенный, запутавшийся и мстительный спец по биошпионажу. И вы считаете, я захочу пустить вас на орбиту подопечного мира, где обитает также недавно воскрешенный представитель расы эшетеров? На государственном истребителе, который некогда занимал Пенни Роял, а теперь несет мощнейшее средство поражения?
— Погоди–ка, — возразил я. — Этот истребитель был государственным, но по праву на трофеи сейчас принадлежит мне. А это также означает, что ты не имеешь права подсылать к нам голема или аналитический ИИ.
— Не имею права? — воскликнул ударный корабль. — Ты серьезно заблуждаешься, если считаешь, что твои права распространяются… подожди минуту.
После короткого молчания Флейт заявил:
— Он отозвал ракеты.
— О, это Амистад, он только что вмешался. — Голова Рисс резко вздернулась, черный глаз открылся.
— Он уходит, — добавил Флейт.
И действительно. Ударный корабль стремительно удалялся, хотя не видно было, чтобы его толкали какие–либо двигатели. А потом он просто исчез под «хамелеонкой», которая и скрывала его с самого начала. Я не сомневался, что наблюдательные посты на краю Погоста засекли нас и предупредили этого сторожа. Несомненно, после войны У-пространственное слежение стало куда более развитым.
— Что происходит? — спросил я.
— Мне перекрыли доступ к нашему оружию, — ответил Флейт.
— Что?
— Программирование военного времени, — объяснил вторинец. — Меня отсоединили от управления оружием, и единственный способ подключиться вновь — физическое вмешательство. Но, согласно программе, если я попытаюсь восстановить соединение в окрестностях Масады, термоядерная бомба сдетонирует.
— Значит, лучше этого не делай. — Напоминание о происхождении Флейта из прадорских камикадзе породило тревожные мысли. — Рисс?
— Сейчас нам позволено подойти к Масаде, — сообщила дрон. — По законам протектората к этому миру разрешено приближаться лишь тем кораблям, которыми управляют ИИ Государства. Частные владельцы обязаны обеспечить доступ на борт ИИ Государства и передать управление ему. Но в данном случае Амистад, хранитель Масады, допустил послабление правил. Я назначена представителем Государства на борту.