– Республиканцы! – на командных частотах возглас командира первой роты, который двигался в авангарде.
Сразу голос комбата:
– Республиканцы справа! Первая рота – уничтожить противника! Вторая и третья продолжают марш!
Авангард развернулся в сторону противника. Занимался рассвет. Справа лес и холмы, где находились позиции нордов. Я их пока не видел, но это временно.
Надо отметить, что мое общее физическое состояние было не очень хорошим. Усталость давала о себе знать, но я держался. Нет времени на отдых, каждый танк на счету, и оставалось только крепиться, стискивать зубы и время от времени прикладываться к фляжке с крепким вином.
В промежуток между холмами выбрался вражеский танк. Это был средний «Саблезуб», и он нас не заметил. Республиканский танк выстрелил и попал моему соседу в борт. Удачный у него вышел выстрел, «Берсерку» размотало гусеницу, и он завертелся на месте. Еще один снаряд и он мог погибнуть. Но я был рядом и взял противника на прицел.
– Кончилась твоя удача, норд, – прошептал я и выстрелил.
Бах! Бронебойный снаряд отправился в короткий полет и поразил республиканца. «Саблезуб» получил свое и окутался дымом.
Следующая цель грузовик с крупнокалиберным пулеметом в открытом кузове. Вражеские стрелки били по нашей пехоте, и я заткнул их осколочно-фугасным.
Бах! Снаряд разметал грузовик на кусочки, и я даже смог увидеть, как тела стрелков, пролетев несколько метров, безвольными сломанными куклами упали на холм.
В этот момент заработал наш танковый пулемет. «Хеймдаль» косил вражескую пехоту, которая пыталась подкрасться к «Берсерку» с фланга. И, попадая в людей, тяжелые пули буквально разрывали их тела. Голова в одном месте, ноги и руки в другом, а туловище в третьем.
– Командир! Впереди танк! – предупредил меня механик-водитель.
Я еще не обнаружил противника, а уже отдал команду:
– Бронебойным!
Лязг заряжающего механизма и доклад стрелка:
– Есть!
Вражеский танк оказался еще одним «Саблезубом», и я выстрелил сразу, как только поймал его в прицел. В голове кавардак, в глазах туман и страшно хотелось спать. Однако я не промазал, и мой снаряд попал в башню республиканца. Дистанция небольшая. Поэтому «Саблезуб» слегка приподнялся в воздухе, а затем его орудие уткнулось в выпирающий из грунта камень, и танк перевернулся набок.
Только покончили с этим противником, как появился третий «Саблезуб». Он заходил с фланга, видимо, хотел достать меня в борт. Однако «Берсерк» так просто не взять, особенно если экипаж хороший. И, прибавив скорость, мы выскользнули из вражеского прицела.
Бам! Позади «Берсерка» взрыв. На башню стали падать комья земли, и казалось, что мы под дождем. Но это мелочь. Не сбавляя скорость, мой танк развернул башню, и уже противник оказался дичью.
Выстрел! Бронебойный снаряд поразил «Саблезуба» в корму, и он загорелся. Спустя несколько секунд из республиканского танка полезли горящие норды в серых комбинезонах. Они хотели спастись, но почти сразу танкисты попали под огонь наших десантников, которые двигались следом за «Берсерком», и все закончилось очень быстро.
Бой продолжался. Холмы заволокло дымом, и я направил танк на вершину ближайшего холма. «Берсерк» легко преодолел покатый склон, выкатился на высотку, и я смог оглядеться. Первая рота добивала противника, но с левого фланга появились штурмовые орудия «Кастет» с девяностомиллиметровыми орудиями. Сколько точно, определить нельзя, но не менее шести. «Кастеты» могли переломить ход боестолкновения, и я связался с командиром роты:
– «Один-два-четыре» вызывает «Две единицы».
Ротный отозвался:
– На связи. Слушаю тебя «Один-два-четыре».
– На левом фланге «Кастеты». Дистанция тысяча семьсот метров.
– Понял тебя, – краткая пауза и команда: – Второй и четвертый взвода! Внимание! Принять влево! Цель – штурмовые орудия «Кастет»! Уничтожить противника!
Командир роты замолчал, и включились взводные, которые перенаправили свои танки навстречу «Кастетам». Но я их уже не слушал. Мой «Берсерк» скатился с холма и двинулся на штурмовые орудия.
Мы среагировали на опасность быстро. Но один «Берсерк» из третьего взвода все же подставился. «Кастеты» накрыли его и стали методично добивать. Они всадили в него пять или шесть снарядов. Ну и, конечно же, «Берсерк» не выдержал. Грозный боевой монстр загорелся, и экипаж не смог выбраться. Наверное, при попадании танкисты получили контузии, и когда огонь стал пожирать их тела, сил на то, чтобы открыть люки, а потом вывалиться наружу, у наших парней уже не было.
Штурмовые орудия продолжали атаку. Однако я уже был рядом, и «Кастеты» заметили мой «Берсерк» слишком поздно.