Да, есть чему поучиться у юродивого Гришки!
Многие женщины наверняка узнавали, что такое оргазм, только с Распутиным. Потому и боготворили корявого мужика, презрительно игнорируя своих высокородных мужей, не способных удовлетворять собственных жен.
Что же, лишь в одном очень ошибся Распутин. Никогда не наступит время, когда женщина не понадобится.
Они всегда были нужны отцу Григорию. Через женскую плоть, через женскую душу подымался Распутин к Богу.
Но кривая дорожка, по которой шел «Мессия», привела его в ад.
И всю Россию тоже…
Глава 5. Танцующий апостол
Он любил танцевать.
А зажигательная музыка бесшабашных цыган приводила Распутина в состояние, близкое к помешательству. Он бросался в танец, как в глубокий омут.
И рвал мятущуюся свою душу в сумасшедшей пляске. Под будоражащие кровь трепетные звуки цыганских скрипок и гитар.
Распутинский темперамент поражал всех, кто хоть раз видел его танец. Все посетители ресторана замирали, когда на средину зала выходил Распутин. Он искал забвение – и находил его лишь в безудержном танце.
Отец Григорий «зажигал» не только в ресторанах и ночных заведениях. «Старец» охотно танцевал и в аристократических салонах, и на частных квартирах, и у себя дома, где собирались самые преданные ему женщины.
Многие вспоминают вечер у госпожи Шаповальниковой. Распутин, как всегда, в центре внимания.
В гостиную заходят цыгане. Святой грешник Распутин вскакивает из-за стола и подходит к певицам. Он целует разряженных цыганок, гладит по щекам, обнимает.
Те благодарят «старца», потому что их выступление щедро оплачено. Цыганки щебечут и кокетничают с Распутиным, но при этом незаметно вытирают щеки, влажные от его слюнявых поцелуев.
Цыганский хор начинает с грустной песни. Распутин стоит перед артистами и дирижирует правой рукой.
«Но вскоре музыка становится более ритмичной. Распутин с криком прыгает в середину комнаты. Он грациозно движется в ритме танца, время от времени отбивая такт каблуками своих мягких кожаных сапог. Затаив дыхание, гости наблюдают за картиной, какую с чарующим самозабвением представил им неторопливый по своей натуре мужик.
Им кажется, что перед ними не просто танцующий, а человек, давший волю своим страстям в ритуальном экстазе. «Нет сомнения, это хлыст», – перешептываются они между собой. Чем более безудержным становится танец Распутина, тем более зажигательны подаваемые им команды для музыкантов.
Вскоре у них пропадают голоса, и их благозвучие сменяется хриплым шипением. «Дальше, дальше!» – командует неутомимый танцор обессилевшим певцам, которых давно заглушают металлические удары балалайки и других инструментов…», – так очевидцы описывают танец Распутина и его экстаз.
Довести до изнеможения целый цыганский хор непросто, но «святой старец» это сделал.
Безудержную пляску Распутина наблюдала и писательница Вера Жуковская. Как-то в гостях у одного петербуржского семейства женщина увидела, как неистово танцевал «святой старец» под русскую балалайку.
Вошедший в раж Распутин даже перекинул через себя испуганную Жуковскую и заставил плясать посреди разгромленной гостиной.
«…вылетел из-за стола при первых же звуках разудалой плясовой: «Эй ну-ка! эй, эй! А блаженненькому-то и не поднесли!» – схватив бокал, Р. побежал в передний угол. Но блаженный закрылся обеими руками и испуганно захлюпал. «Ну не хошь, не надо, я ведь не в обиду тебе, Вась». Выпив одним духом бокал, он кинул его <на> пол и пошел плясать, лихо вскрикивая и гикая.
В своей нарядной лиловой рубахе с красными кистями, высоких лакированных сапогах, пьяный, красный и веселый, он плясал безудержно с самозабвением, в какой-то буйной стихийной радости. От топанья, гиканья, крика, звона балалаек, хруста разбитого стекла кружилось все вокруг, и туман носился за развевающейся рубашкой Р. Раскидывая мебель, нечайно встречавшуюся на пути, он в мгновение освободил в пляске всю середину комнаты.
Блаженный, открыв рот, смотрел на пляшущего Р. и вдруг как-то по-детски захохотал. Перебираясь и подплясывая на месте, он стал кидать в Р. свои цветные клубочки. Балалайки изнемогали, не поспевая за бешеной пляской Р. Внезапно подбежав к столу, он через него на вытянутых руках поднял меня с дивана, перебросил через себя и, поставив на пол, задыхаясь, крикнул: «Пляши!».