Тут, конечно, Григорий Ефимович не ошибся – хитрость женщины может сравниться лишь с мудростью Бога.
«После этих поучительных слов Распутин неожиданно вскочил и стал напевать какую-то русскую народную песню. Ее подхватили все. Повелительным жестом он пригласил на танец великую княжну. И она с мечтательной улыбкой стала грациозно раскачиваться в танце. Его танец не был таким необузданным, как в первый раз, когда я его увидела. И он опять так же внезапно прекратил танцевать…», – вспоминала Джанумова.
Умел старец повелевать женщинами – они и руку ему целовали, и в танец бросались, и посуду мыли, и в баню с ним ходили. И картошку чистили белыми нежными ручками с перламутровым маникюром.
Та же госпожа Джанумова сообщает нам с превеликим удивлением, что видела рядом с Распутиным элегантную и необыкновенно красивую женщину – княгиню Шаховскую. Пока «пророк» кушал рыбу, она очищала ему картошку «своими длинными пальцами с блестящими перламутровыми ногтями».
Старец брал горячую картошечку из ласковых ручек княгини и жадно поедал. А в это время утонченная красавица трепетно целовала ему руки.
Да, весело жил отец Григорий – не в пример скучной и серой жизни, которую вели православные монахи и аскеты.
Елена Джанумова встречалась с Распутиным и в Москве. Отец Григорий возжелал услышать местных цыган, а потому большая компания во главе со «святым старцем» отправилась в знаменитый московский ресторан «Яр».
Там Распутина мгновенно узнали – и сразу же народу в ресторане стало намного больше.
Начал выступать цыганский хор. Публика была очарована выступлением певицы Насти Поляковой.
Отец Григорий вольно раскинулся за столиком и заказал фрукты, кофе, печенье и шампанское. После нескольких бутылок у «апостола» ярче заблестели глаза, а лицо побледнело.
– Эй, ребята! Начинайте петь, мои хорошие…
Под певучие цыганские гитары взлетела высоко невероятно грустная песня – о далекой степи, вечной дороге, высокой траве под холодным ветром. И о проходящей жизни, которую не вернуть обратно и не прожить по-новому.
И оттого заплакал Распутин, и морщины на его лице стали резче и глубже.
– Эх, Настя… Поешь ты так, что за душу берешь!
И начал петь вместе с красавицей цыганкой.
– А теперь спойте мою любимую «Тройку»! – закричал Распутин.
Он стоял перед хором, наполовину прикрыв свои демонические глаза. Пряди волос упали на потный лоб, ладоши его прихлопывали в такт музыке.
– Еду, еду, еду к ней, еду к миленькой моей! – пел Распутин.
И глубокий голос был полон страсти и огня. Эта первобытная сила простого сибирского мужика поразила всех.
Потом Распутин поехал в ресторан «Стрельна», где «старца» встречали с распростертыми объятиями. Сразу же собралась толпа, и некоторые залезли на деревья в зимнем саду – чтобы увидеть легендарного Распутина.
Тот заказал для цыганского хора несколько бутылок шампанского. И веселые цыгане кричали:
– Выпьем же за Гришу, Гришу дорогого!
«Распутин чувствовал себя в своей тарелке: когда звучала русская плясовая, он, как одержимый, вихрем носился по залу, его темные волосы и длинная борода мотались из стороны в сторону. Ноги в высоких тяжелых сапогах двигались с удивительной легкостью, и казалось, что вино умножает его силы. Время от времени он издавал дикий вопль, хватал какую-нибудь цыганку и танцевал с ней…», – вспоминала госпожа Джанумова.
Правда, пьяный Распутин понравился не всем. Два офицера за соседним столиком в упор смотрели на юродивого Гришку. Причем смотрели с ненавистью и презрением.
– И что, собственно, находят в нем… Ведь это же просто стыд! Пляшет пьяный мужик, а все смотрят на него, как будто это святой… И о чем только думают женщины, когда так вешаются на него?
Офицер не мог понять, что бабы любят Распутина не за пьянство и разгул – а за бесовскую силу и первобытную страсть.
Но танцевальные и вокальные таланты Распутина все же не произвели впечатление на госпожу Джанумову. Она пишет:
«Когда я оказалась на улице, у меня было впечатление, будто я только что вышла из сумасшедшего дома… Хитрым, коварным и одновременно необузданным был этот человек, которому, казалось, чуждо управление собственными страстями…».
Конечно же, Распутина обуревали страсти. Иногда высокие, иногда низменные.
Но он искренне верил в Любовь. В Любовь с большой буквы. И считал, что люди должны любить друг друга. Одаривать любовью.
– Люди должны жить рука об руку и помогать друг другу… – часто повторял Распутин.