«…Беспрерывные звонки телефона и звонок в передней. В приемной, столовой и спальной толпились и, как осы, жужжали женщины, старые и молодые, бледные и накрашенные, приходили, уходили, притаскивали груды конфет, цветов, узлы с рубашками, какие-то коробки.
Все это валялось где ни попадя, а сам Р., затрепанный, с бегающим взглядом, напоминал, подчас, загнанного волка, и от этого, думаю, и чувствовалась во всем укладе жизни какая-то торопливость, неуверенность и все казалось случайным и непрочным, близость какого-то удара, чего-то надвигающегося на этот темный неприветливый дом чувствовалась уже при входе в парадную дверь, где, скромно приютившись около маленькой, всегда топящейся железной печки, сидел сыщик из охранки, в осеннем пальто зимой и летом, с неизменно поднятым воротником.
Иногда это чувство напряженности становилось особенно ярко, и я по нескольку дней не ходила к Р., но потом опять тянуло туда, где в пустых неуютных комнатах бестолково маячился сибирский странник…».
Распутин уже нервничал, уже начал бояться за свою жизнь. Его «темные дела» давно надоели всей России – и аристократической, и простонародной.
Он стал незаменим для царской семьи, но остальная Россия его ненавидела. Может быть, незаслуженно ненавидела, но ход событий уже нельзя было остановить.
Его квартиру на Гороховой, 64 охраняют сразу два сотрудника придворной охраны, назначенные лично императрицей. Это кроме тех, кто охранял Распутина от департамента полиции и охранки.
Но слухи нельзя запретить и остановить их лавину. И все уже знают, что прихожая в квартире Распутина называется «приемной». Там старец принимает просителей – как будто какой-нибудь министр.
Он и был «теневым» министром, а вернее – «теневым» премьером империи.
Военные, чиновники, купцы, дельцы и даже священники приходят просить всемогущего Распутина о протекции. А великосветские дамы и развращенные барыни приезжают просить за своих мужей и любовников.
Но самое интересное – бедная Россия игнорирует «пророка». Нету в его приемной ни рабочих, ни крестьян, ни бедных чиновников или студентов.
– Лучше совсем умереть, чем просить Распутина о помощи! – заявил один из земляков Распутина, сибирский крестьянин.
Отец Григорий «торгует» должностями и своими почти неограниченными возможностями.
Его «советниками» становятся банкир Дмитрий Рубинштейн и ювелир Арон Симанович. Оба – редкостные спекулянты и пройдохи, сумевшие сказочно разбогатеть за счет «тупого» мужика.
Распутину каждый день приносят подарки. Старцу дарят дорогие продукты, его любимую мадеру, фарфор, хрусталь, мебель, ковры, вышитые цветами шелковые рубашки и отличное английское сукно на брюки и кафтаны.
Роскошную бобровую шубу и такую же шапку Распутину подарили «еврейские» друзья – те же Рубинштейн и Симанович.
Григорий Ефимович умело решает любые проблемы и улаживает разные дела. При этом «спаситель» не заморачивается – просто пишет безграмотные записки министрам и большим начальникам с просьбой помочь обладателю этой «волшебной» бумаги.
«Милой, дарагой, помоги…» – так начинаются все его деловые записки.
И, на удивление, почти всегда большие начальники исполняют просьбы Распутина, не желая ссориться с царским любимцем.
Иногда отец Григорий лично наведывается к какому-нибудь министру, чтобы ускорить решение важного дела.
Царский министр внутренних дел А.А. Макаров вспоминал, как к нему в кабинет внезапно прибыл Распутин.
«…Я должен был его принять, хотя мне этого очень не хотелось. Он сел напротив. Я попросил доставить мне документы человека, за повышение в должности которого пришел просить Распутин. Когда принесли документы, я ненадолго углубился в чтение бумаг, после чего пришел к выводу, что никакая квалификация не оправдывает продвижение этой личности.
Еще во время чтения я громко дал понять, что у него мало поводов для надежды. Когда я, наконец, взглянул на него, то увидел то, что неосознанно ощущал все это время: Распутин словно пожирал меня своими водянистыми глазами, как гипнотизер. У меня чуть не закружилась голова.
Вне себя от злости, я стукнул кулаком по столу и закричал на него: „В эти игры Вы можете играть с кем-нибудь другим, а не со мной! Выйдите вон!“ — Больше не возвращаясь к делу, я вышвырнул Распутина. И вздохнул с облегчением. Но вскоре после этого я был лишен своего поста…».
Благодаря полицейскому наблюдению за Распутиным мы можем наверняка знать, чем занимался «святой старец» и какие проблемы решал.
Филеры докладывали начальству о том, кто приходил к Распутину, зачем и что приносил.