Выбрать главу

«Ш. принесла ему ковер в качестве подарка. Р. отправил телеграмму в Царское Село: „Я душой с Вами, мое чувство — это чувство бога…“

Р. принял просителя с ходатайствами на Высочайшее имя. Одно — о помиловании друга и освобождении его из-под ареста, другое — из-за осуждения за махинацию с векселем. Взял по 250 рублей…

В час ночи Распутин привел к себе на квартиру женщину, которая у него ночевала…

Р. отправил телеграмму Тобольскому епископу Варнаве: „Был у Обер-прокурора Синода, в отношении войны — отрицательно, был любезен, но не поможет нашему делу…“

Около 10 часов вечера незнакомые мужчины и женщины у Р., 10–12 человек, среди них (банкир) Рубинштейн…

Р. возвращается в 10 часов вечера пьяный с (банкиром) Манусом и с Кузьминским и просит швейцара прислать массажистку…

Анастасия Шаповаленкова, жена врача, подарила Распутину ковер…

…коллежский асессор фон Бок принес Распутину ящик вина…

Симанович, секретарь Распутина, пришел с ящиком, в котором было шесть бутылок вина, икра и сыр…

…инспектор царскосельских народных школ пришел к Распутину с ящиком вина…

…к Распутину приходил священник церкви на Люблянке в сопровождении неизвестного. Священник ходатайствовал о чем-то как раз за этого незнакомца и просил Распутина лично посетить министра внутренних дел и сенатора Белецкого…

…после того как София Каравиа покинула квартиру Распутина, она рассказала агентам: „У него плохое настроение несмотря на то, что он провел крупную сделку“. Он уладил какие-то дела у банкира Рубинштейна, и тот заплатил ему за это пятьдесят тысяч рублей, и самой Каравиа Распутин обещал ходатайство перед министром Шаховским…

Распутин послал сельскому старосте в Покровское Тобольской губернии следующую телеграмму: „Добился разрешения, чтобы вы получили лес. Можете продавать, как только получите разрешение на вырубку“…

В 4 часа 30 минут дня Распутин с банкиром Рубинштейном и двумя дамами отправились в Царское Село…

Распутин вернулся домой в час ночи в пьяном виде, обругал привратницу и упрекнул, что она приняла взятку от одного министра в размере двадцати пяти рублей. Затем заметил: „Он хотел меня похоронить, а теперь я его похороню!“…

…сегодня у Распутина был купец Поперманн и, едва войдя, спросил, что случилось с чудесным старцем? А живущий на той же площадке Нейштейн поинтересовался, правда ли, что на вокзале Распутина избил какой-то офицер…».

Не нравился многим обнаглевший «пророк» и царский «друг». И некоторые бесшабашные ребята лихо давали Распутину по морде, не боясь полиции и высочайшего императорского гнева.

А еще шаловливый «старец» любил распустить руки в отношении тех женщин, которые приходили к нему с просьбами.

Удивляюсь, насколько охоч был сибирский варнак до баб!

Если не трахнуть, то хотя бы пощупать – такой, кажется, был девиз у юродивого Гришки.

Агенты охранки сообщали в своих ежедневных докладах:

«…к Распутину приходила незнакомая женщина и хотела добиться, чтобы ее мужа, находящегося в госпитале лейтенанта, не высылали из Петербурга. В швейцарской она рассказала, как странно принимал ее Распутин: „Горничная открыла мне дверь и провела в комнату, куда затем вошел Распутин, которого я раньше никогда не видела. Он сразу же сказал, что я должна раздеться. Когда я выполнила его желание и последовала в соседнюю комнату, он едва выслушал мою просьбу, то и дело поглаживая мое лицо и грудь, и потребовал, чтобы я его поцеловала. Затем он написал какую-то записку, но мне ее не отдал, а сказал, чтобы я пришла на следующий день“…

…сегодня к Распутину впервые пришла госпожа Лейкарт, чтобы попросить за своего мужа. Распутин предложил, чтобы она его поцеловала, но она отказалась и ушла. Затем пришла любовница сенатора Мамонтова; Распутин попросил ее вернуться в час ночи…

…к Распутину заходила жена полковника Татаринова и потом рассказывала сыщикам, что старец в ее присутствии обнимал и целовал молодую девушку; это было ей настолько неприятно, что она решила никогда больше не приходить к нему…».

«Темные дела» юродивого Гришки развенчал председатель Государственной думы А. И. Гучков еще в 1912 году во время выступления в парламенте.

«Хочется говорить, хочется кричать, что церковь в опасности и в опасности государство… Все вы знаете, какую тяжелую драму переживает Россия… в центре этой драмы – загадочная трагикомическая фигура, точно выходец с того света или пережиток темноты веков…

Вдумайтесь только – кто же хозяйничает на верхах, кто вертит ту ось, кто тащит за собою и смену направлений, и смену лиц, падение одних, возвышение других?