В то же время князь встречается с Распутиным и уговаривает его познакомиться с Ириной.
«Он согласился на предложение прийти познакомиться с женой… согласился с условием, что я сам приеду за ним и привезу его к себе. При этом он просил меня подняться по черной лестнице… Я с удивлением и ужасом отметил, с какой простотой Распутин согласился на все… и сам устранил все затруднения».
Заговорщиков было пятеро – великий князь Дмитрий Павлович, князь Юсупов, депутат Пуришкевич, поручик Сухотин и доктор Лазаверт.
Убить «святого черта» решили в ночь с 16 на 17 декабря 1916 года. Распутина хотели отравить цианистым калием, напичканным в пирожные и растворенным в вине.
Но Ирина вдруг отказывается приехать в столицу. Она пишет мужу странное письмо – очень нервное, сумбурное, скомканное.
«…Ты не знаешь, что со мной. Все время хочется плакать… Настроение ужасное, никогда не было такого… Я не хотела всего этого писать, чтобы тебя не беспокоить. Но я больше не могу! Сама не знаю, что со мной делается. Не тащи меня в Петроград… Приезжай сюда сам… Я больше не могу, не знаю, что со мной. Кажется, неврастения… Не сердись на меня, пожалуйста, не сердись… Я ужасно как тебя люблю… Храни тебя Господь…».
Жена Феликса предчувствует, что муж задумал что-то страшное. И красавица остается в Крыму.
Что же теперь делать заговорщикам?
Им нужна новая «приманка».
И они нашли двух дам, согласившихся помочь уничтожить самое великое зло в России.
В начале декабря царь приехал в Царское Село, где повидался с Распутиным в последний раз.
Простившись с семьей, государь взял с собой наследника и уехал в Ставку. В вагоне он прочитал письмо Аликс.
«4 декабря 1916… Еще немного терпенья и глубочайшей веры в молитвы и помощь Нашего Друга, и все пойдет хорошо! Я глубоко убеждена, что близятся великие и прекрасные дни твоего царствования и существования России. Только сохрани бодрость духа… Покажи всем, что ты властелин… Миновало время великой снисходительности и мягкости, теперь наступает твое царство воли и мощи!.. Их следует научить повиновению… ты их избаловал своей добротой и всепрощением… Дела начинают налаживаться – сон Нашего Друга так знаменателен! Милый, помолись у иконы Могилевской Божьей матери… ты там обретешь мир и крепость… Пусть народ видит, что ты – царь-христианин…».
Россия стоит на пороге бездны, а беспощадная валькирия революции стучит кровавым топором в социальное древо.
И в это время полубезумная немка на русском престоле уверяет ничтожного мужа-царя, что наступит его «царство воли и мощи».
Слепцы и глупцы!
Не цари вы, а сукины дети…
Страна захлебывалась в агонии, истекала кровью на фронтах первой мировой войны, изнемогала от непосильного труда в тылу.
А взбалмошная и глупая императрица призывает несчастного и задерганного государя «железной рукой» навести порядок в обществе, негодующем от засилья в жизни России бездарных министров и распутного мужика.
И уставший от политических дрязг и страшных истерик жены Николай Второй решает устраниться от этих дел. Он молча ждет, что будет дальше.
Инстинкт самосохранения ничего не подсказал последнему русскому самодержцу.
И поэтому царь не смог спасти ни Россию, ни династию, ни даже собственную семью от гибели.
Но Распутин пока жив – и вместе с царицей планирует новые кадровые назначения в правительстве и роспуск Думы.
Аликс пишет письмо Ники в Ставку. И снова призывает безвольного мужа стать жестоким диктатором.
«Мы провели вчерашний вечер уютно и мирно в маленьком доме. Милая «большая Лили» (Ден)тоже пришла туда попозднее, а также Муня Головина. Он был в хорошем, веселом настроении. Видно, что Он все время думает о тебе и что все теперь хорошо пойдет… Будь властелином, слушайся твоей стойкой женушки и Нашего Друга».
А царский друг продолжает сильно пить. Его любимая мадера лилась рекой. Отец Григорий искал в вине забвенье. И не находил его.
– В последнее время он сильно пил, и это возбуждало во мне к нему жалость. Пьянство не отразилось на его умственных способностях. Он говорил еще более интересно… – поведала Муня Головина следователям в 1917 году.
Императрица вместе с дочерями и неизменной подругой Аней Вырубовой 11 декабря отправилась в Новгород. Отстояли литургию в Софийском соборе, а потом посетили Десятинный монастырь.