— Иди, я буду здесь, — ласково произнесла она.
— Я недолго, — пообещал он и пошел следом за Сюзанной.
Будто уличив момент, когда Аудроне осталась за столом одна, к ней подсел Вильям.
— Как настроение? — беззаботно улыбалась Аудроне.
— Ты все знала… — Вильям пристально глядел на нее своими карими глазами — единственным, что после операций на лице осталось прежним.
— Тш-ш-ш, — Аудроне прижала указательный палец к губам и наклонилась к Вильяму. — Я открою тебе маленький секрет, — тихо произнесла она. — Никто, кроме нас самих, не должен решать, как нам жить и… — она склонила голову на бок, — как умирать. Но вокруг хаос и террор. И этого выбора нас лишают.
— Ты все знала, — повторился он, как поврежденная видеозапись.
— Не я одна, — она опустила глаза и отвернулась. — Тебе некуда бежать. И мне тоже. И Тартасу. И Киарану. Мы все — заложники системы и ситуации.
— Тогда, на «Анвайзере», ты сказала, — он перешел на шепот, — что я, несмотря ни на что, должен выбрать сторону Киарана, чтобы остаться в живых. На «Ониксе» я выбрал его и остался жив. Я был уверен, что твой прогноз уже проигрался! А теперь…
— А теперь ты понимаешь, что победа над инстинктами и делает нас людьми, — перебила его Аудроне. — Система верит в твой инстинкт выживания, Вильям. Осталось определиться, во что веришь ты.
— Я не боюсь, — ответил он.
— Я тоже, — она повернулась к нему. — Но решить за тебя, что делать, я не могу. Окончательный выбор, Вилли, тебе придется сделать самому.
Вильям снова осмотрелся и застрял взглядом на фигуре Тартаса, сидящего за столиком в отдалении. Ему на ухо что-то шептал красавчик Генри, а Тартас в это время пил атероль из стакана.
— Я хочу, чтобы он выжил, — произнес Вильям, глядя на него. — Наверное, только это теперь для меня имеет значение.
Он встал и, не прощаясь, направился к выходу. Вильям не собирался спрашивать разрешения покинуть мероприятие. Находиться в одном зале с Тартасом он больше не мог. И смотреть, как купленный эскортник соблазняет его любимого мужчину, не собирался.
К Сахиде «Зарю», Альянс и Армию Освобождения! К Сахиде гребаную войну и жестокий мир. Пусть все катится по наклонной, пока не упадет на дно выгребной ямы, где всему этому самое место.
Киаран так и не понял, ради чего Сюзанна пригласила его в свой кабинет. Министр обороны, набравшийся спиртного по плешку, прикрытую кудрявым париком, нес откровенную чушь.
Разместившись в кресле рядом с кофейным столиком, Киаран потягивал из стакана атероль, любезно налитый ему Сюзанной, и следил взглядом за Министром, который расхаживал по кабинету взад и вперед, и высказывал все, что он думает, об эфонцах, Армии Освобождения и… …отце Киарана.
Его тирада не могла ни на что повлиять и ничего изменить. Более того, от нее за метр несло фальшью вперемешку с перегаром. Сюзанна тоже попивала атероль и периодически поддакивала Министру, опершись пятой точкой о свой рабочий стол.
Спустя минут двадцать пустых рассуждений о том, что все эфонцы должны умереть, в кабинет заглянул один из служащих и доложил, что супруг Министра был замечен в саду в компании лоуда Афферона. Министр встрепенулся (видно, вспомнил внезапно, что супруг у него молодой красавчик, за которым нужен глаз да глаз) и попросил служащего немедленно проводить его ко второй половине!
Киаран в этот момент спрятал улыбку за стаканом атероля, а Сюзанна отвернулась, чтобы не расхохотаться в голос.
— Видишь, с кем приходится иметь дело, — пожаловалась она, сбрасывая с уставших ног туфли и приземляясь в кресло напротив Киарана. — И послать его к Сахиде, как ты понимаешь, я не могу.
В этот момент зрение Киарана как будто потеряло резкость. Картинка смазалась, и лицо Сюзанны расплылось перед глазами. Он заморгал, пытаясь прийти в себя, но это не помогло.
Мир вокруг однозначно начал куда-то уплывать, а голос Сюзанны становился все громче. Киаран не сразу понял, что происходит, но тревога внутри поднялась с небывалой силой, как будто он не в резиденции находился, а на поле боя, где в любой момент в его сторону мог прилететь снаряд.
— Все хорошо? — Сюзанна коснулась его плеча.
Холод сковал тело от немыслимого предположения. Внутри поднималась волна возбуждения, как тогда, когда ему какой-то гадости подлила в стакан Афина. Но если в тот раз зрение и слух его не подводили, то сейчас они явно ничем не могли ему помочь.
Пора сматываться. Киаран хотел прыгнуть в разрыв реальности, но у него не вышло! Он напрягся всем телом — но нет! Ничего! Как будто в один миг он перестал быть модельером реальности и превратился… в обычного человека.