Новая вспышка света. И время потекло назад. Аудроне поднялась, прижала руки к животу и сгорбилась. Из живота вылетели лазерные лучи. Они вернулись в дуло пистолета стрелявшего. Его Аудроне тоже знала. Вокруг ругань, крики и шум выстрелов. Много криков, слов не разобрать, потому что они звучат «задом наперед». Но можно понять ход вещей. Запомнить лица, знакомые и незнакомые одновременно. У каждого своя миссия и роль. И для Аудроне ничто не секрет. Момент откровения, истины и уверенности в том, что все так, как должно быть.
События ускорялись, происходя в обратном порядке. Ужас и побоище сменили более радостные моменты. Улыбающиеся лица Тартаса и Вильяма. Губы Киарана. Свадебная руна на запястье. Аудроне все больше и больше затягивало во времени назад, и вот она уже движется по проходу в своем платье в обратном направлении, и Киаран, ждущий у алтаря, все дальше и дальше отдаляется от нее. Набор скорости перемотки. Окружающий мир слился в одно грязное пятно. Вспышка и темнота.
— Вы слышите меня? — раздался мужской голос в этой темноте. — Аудроне, если вы меня слышите, откройте глаза!
И она открыла их. Хотя совсем не помнила, как закрывала.
— Аудроне, вы слышите меня? — настаивал мужчина в костюме врача. — Если да — моргните.
Она моргнула.
— Меня зовут доктор Брос. Сейчас я достану из вашего горла трубку. Лежите спокойно и выдохните, когда я вас попрошу…
Аудроне вздрогнула и открыла глаза. Киаран спокойно спал рядом в ее постели. Даже не шелохнулся, когда она неуклюже повернулась на бок и задела его плечом. Давно ей не снился этот кошмар. Кто знает, может, он будет навещать ее каждую ночь в течение недели, до тех пор, когда Аудроне в свадебном платье не сделает шаг и не войдет в главный зал Обители Инага?
Она поежилась от своих невеселых мыслей и подумала о том, что толику счастья перед финалом все же обрела.
Когда в «Теневом Дворе» с нее впервые сняли ошейник, Аудроне тут же щелкнула пальцами и заглянула в сумеречную зону. Но в ближайших трех месяцах, куда она была способна подсмотреть, загадочного мужчину-дженерийца по имени Киаран не увидела. Это не убавило ее веры, что в сингулярности она постигла секрет будущего. Потому что ни один прогноз не заставлял ее испытывать столько эмоций одновременно и переживать увиденное, как собственную жизнь.
С верой в себя и это видение, Аудроне ввязалась в авантюру, целью которой было остановить войну. Пусть не в своем мире, а чужом, но какая разница, если в каждой из реальностей люди жили и умирали по-настоящему?
Конечно, это не означало, что вопросов и сомнений в плане, который она придумала сама, у Аудроне не осталось. Но последние три года она не позволяла себе сомневаться в принятых решениях.
Сейчас, думая об этом, Аудроне гадала, что же на самом деле произойдет во время ее свадьбы с Киараном. Ведь ее дженериец-модельер выбрал парадный мундир для церемонии бракосочетания, а она отчетливо видела его в национальном дженерийском платье. И Аудроне за прошедшие месяцы не раз могла попросить его изменить выбор и настоять на другом наряде для церемонии. Но она молчала и не вмешивалась. Наверное, это потому, что с «обрушением» прогноза на будущее, впервые со дня злополучного эксперимента у нее появилась надежда на то… …что она каким-то непостижимым образом все-таки сможет выжить.
— Ты задержался, — укоризненным тоном произнес отец, глядя на Киарана, появившегося в главном зале Обители Инага на Луите.
Орландо сидел на скамейке в первом ряду со стороны жениха и смотрел на алтарь. Рядом с ним курил папироску шаен Ал-Тэгу. Насколько же старый проныра привык дышать всякой дрянью, что даже во время ментального контакта проецировал свое сознание в клубах привычного дыма?
— Видимо, веская причина задержала моего ученика, раз на встречу он явился не только с опозданием, но и в неподобающем виде, — Ал-Тэгу помахал перед лицом рукой, разгоняя клубы едкого дыма.
Киаран опустил голову и взглянул на себя. Он стоял в трусах и майке спиной к алтарю и выругался, когда понял, что не одет. Напрягся и сосредоточился. Комбинезон ВКФА тут же появился поверх исподнего.
— Уважаемый шаен, — Киаран сложил пальцы домиком и поклонился учителю.
— Эйзор опаздывает, — осуждающе покачал головой Ал-Тэгу. — Наверное, опять не придет.