— Вы все еще верите, что Десница — именно она, — Киаран с опаской смотрел на Эйзора и Ал-Тэгу.
— Ты ничего не понял, — осуждающе покачал головой Ал-Тэгу.
— Хватит рассуждать! — разозлился Орландо. — Свой философский бред обсудите за бутылкой крепленого после того, как все будет кончено.
Эйзор подошел к Орландо и похлопал его по плечу.
— Меньше агрессии, дорогой друг.
— Предлагаю начать репетицию того, что мы с вами будет делать, когда начнется побоище, — Ал-Тэгу сунул руку в карман широких штанов под белой туникой, и достал из него пачку с папиросками.
— Ты можешь хотя бы при ментальных контактах не дымить? — Орландо брезгливо скривил лицо.
— Могу, но не хочу, — ответил Ал-Тэгу и прикурил от пальца.
Перед завтраком Аудроне решила заглянуть в комнату к Сюзанне. «Мать» как раз надевала китель, когда Аудроне вошла.
— Стучать не учили? — злобно бросила Сюзанна.
— Хотела бы уединения, закрыла бы дверь за замок, — Аудроне прошла в гостиную «комнаты-квартиры» матери и присела в кресло у журнального столика. — Я много времени не отниму, «мама».
— Тогда поторопись. Я опаздываю в штаб.
— Не знала, что ты способна создавать иллюзии.
Сюзанна промолчала, продолжая перед зеркалом застегивать китель.
— Есть ли шанс, что ты когда-нибудь перестанешь меня ненавидеть? — Аудроне наклонилась вперед и повернулась лицом к Сюзанне.
— Я устала повторять, что во мне нет ненависти. От тебя слишком много зависит, Аудроне. Предать того, кого любишь, ужасное испытание. Тебе было бы гораздо легче исполнить свою роль, если бы внутри поселилась ненависть к Киарану Рурку. Но ты не ищешь легких путей, не так ли? — Сюзанна повернулась к ней. — Никто не спасет тебя, кроме меня. Никто добровольно не отпустит копии Десницы Инага по домам. Я сделаю это для тебя. И подарю тебе шанс избавиться от парадокса навсегда. Но если ты предашь наш план… — Сюзанна отвернулась к зеркалу и поправила воротник. — Я не сделаю для тебя ничего.
— Не прикрывайся благими намерениями. Ты могла водить за нос Лала Ли, но меня не стоит.
— Поговорим после того, как все будет кончено. А пока, — Сюзанна хмыкнула, — наслаждайся жизнью! Возможно, она продлится даже больше, чем неделю. Выбор, моя дорогая, по-прежнему за тобой.
— Надеюсь, до свадьбы мы с Киараном больше тебя не увидим.
Аудроне тихо встала, еще раз бросила разочарованный взгляд на «мать» и ушла.
— Чем займемся сегодня? — спросил Киаран, сидя в столовой и намазывая булочку джемом.
— Любовью, — улыбнулась ему Аудроне.
— А после этого? — Киаран смешливо прищурил глаза и протянул ей угощение.
— Любовью, — повторила Аудроне, забирая у него булочку с джемом.
— А когда сервера в этом доме починят? Чем мы будем заниматься?
— Опустим на кровати балдахин и снова займемся любовью, — пожала плечами Аудроне и откусила кусочек булочки с джемом.
— Прекрасный план на предстоящую неделю, капитан-лейтенант Мэль, — с уважением кивнул Киаран.
— Рада, что вам нравится, капитан Рурк, — подмигнула ему Аудроне.
Глава 16
День свадьбы.
С огромной коробкой, которую нес перед собой, словно праздничный торт, Вильям остановился на пункте досмотра при входе в Обитель Инага. До начала церемонии оставалось полтора часа.
Вильям не сомневался, что как только Киаран увидит содержимое «подарка» от свидетеля обетов, он все поймет. И тогда, скорее всего, Вильям потеряет друга.
Быть предателем нелегко. Постоянно оглядываться по сторонам и бояться проронить лишнюю фразу, подслушивать, подглядывать и расчетливо думать, прежде чем делиться информацией, Вильям за годы службы научился очень хорошо. За свою шпионскую работу он никогда не получал никаких денег. Все строилось на идее, в которую раньше Вильям верил. А теперь… Теперь «Заря» и Орландо Уолш, как ее новый лидер, подставляли Вильяма под удар.
Передать «посылку» ведь мог кто угодно, но нет… Когда курьер принес «подарок для Киарана» и приправил четкими инструкциями ощущение досады и горечи, Вильяма накрыла паника. Но потом он взял себя в руки и упокоился. Потому что какая разница, потеряет он друга или нет? Для себя самого Вильям Стерн уже подписал смертный приговор и отправлялся на плаху, чтобы добровольно кануть в историю, как предатель не только Альянса, но и «Зари».