Вспышка.
Киаран прижимал руки к ране на ее животе и заглядывал в бледное лицо.
— Что ты наделала? Ты же обещала остаться со мной, — тараторил он на дженерийском. — Обещала мне! Аудроне! — закричал он, склоняясь над ее лицом. — Пожалуйста… Не оставляй меня одного… Пожалуйста… Не бросай меня одного!!!
— Что-то не так, — отец схватил Киарана за плечо.
— Отстань от меня! — Киаран отбросил его руку. — Аудроне! Милая, ты слышишь? — он снова навис над ее лицом. — Ты же меня слышишь? Я люблю тебя! Люблю тебя! Не оставляй меня одного. Не оставляй меня одного! — во все горло прокричал он.
Тело Аудроне засветилось. Кожа словно стала полупрозрачной, подсвеченной изнутри. Пораженный Киаран смотрел на ее лицо и продолжал звать по имени, пока яркая вспышка света не ослепила его.
Зрение вернулось не сразу. Киаран заморгал. Перед ним только его руки. Ладони в крови. И Аудроне рядом нет.
Беспомощный взгляд заметался по залу. Киаран встал, не понимая, что происходит.
— Где она? — зашептал он. — Куда ты ее дел? — он повернулся к отцу.
— Я ничего не делал, — ответил тот.
Сюзанна Мэль в грязном и порванном платье медленно шла по проходу к тому месту, где только что лежала Аудроне. В руках она несла автомат.
— Сука… — прохрипел Киаран. — Отсиделась в укрытии, пока твоя дочь в жертву себя приносила?!
— Где Аудроне? — Сюзанна остановилась.
— Ты мне скажи, где она!!! — закричал Киаран, готовый накинуться на адмирала и разорвать ее в клочья.
Сюзанна повернула голову к Эйзору и Ал-Тэгу, которые сидели на полу и подпирали спинами одну из скамеек.
— Эйзор, где моя дочь?! — голос Сюзанны напоминал скрежет. — Где тело! Где оно?!
— У тебя нет дочерей, Сюзанна, — ответил Эйзор. — У Лала Ли они были, а не у тебя.
— Куда вы дели Номер Шестнадцать?! — едва ли не зарычала адмирал.
— Парадокс, — прозвучал голос Эйзора. — Полагаю, только что он разрешился.
— Это как? — не понимающе произнес Орландо.
— Настоящая Аудроне должна была погибнуть не в ходе своего эксперимента, — пояснил Эйзор, — а сейчас, на этой свадьбе, в этой контрольной точке. Номер Шестнадцать заменила ее и прошла путь реальной Аудроне Мэль, завершив ее жизненный цикл и решив, тем самым, проблему возникшего парадокса. Если я прав, то и остальные копии Аудроне Мэль отправились по домам, — Эйзор опустил глаза, словно испытывал чувство вины, произнося это. — Мне жаль, Киаран. Но, похоже, именно так все и должно закончится.
— Еще ничего не кончено! — он указал на Эйзора. — Если Аудроне отправилась в свою реальность, ее можно найти и вернуть сюда!
— Она мертва, Киаран, — настаивал Эйзор. — Тело отправилось в другую реальность.
— Мертва она будет, когда я увижу ее мертвой! — прогремел голос Киарана. — А пока я этого не видел, моя Аудроне жива. И я достану ее и верну сюда.
— Ты сошел с ума, — произнес Орландо. — Это невозможно.
— Моя жена — моя семья! И только потому, что ты сказал «невозможно», я от нее не откажусь.
Сюзанна, глядя на него, направила дуло автомата на Киарана.
— Я же предупредила, что ты сдохнешь, если ее не станет, — произнесла она и нажала на пуск.
Тартас открыл глаза и поморщился. Все тело ломило. Он повернул голову и увидел Вильяма, стоящего в стороне. Тот, словно завороженный, смотрел в одну точку, туда, где стояли Киаран, Орландо и Сюзанна.
— Сука… — хрипел Киаран. — Отсиделась в укрытии, пока твоя дочь в жертву себя приносила?!
— Где Аудроне? — спросила Сюзанна.
— Ты мне скажи, где она!!! — закричал Киаран.
Тартас дальше не слушал. Он дал слово Лала Ли, что позаботится об Аудроне. И сдержать его не смог. А еще он дал слово, что убьет Сюзанну Мэль.
Два дня назад Тартас купил в ювелирном магазине шпильку для волос с жемчужиной. А вчера у другого ювелира заменил жемчужину на поддельную съемную пустышку. Прибыв в Обитель Инага сегодня утром, Тартас уединился в туалете, снял медальную планку с камзола, отогнул булавку и расправился с коронкой злосчастного зуба, хранившего блокировщик сигналов для детонатора Аудроне. Достал из него блокировщик размером с бусину и вставил в полую подделку жемчужины. Конечно, никто из трансгрессиров бы не рассказал Сюзанне о том, что Лала Ли дала задание Тартасу убить свою лучшую ученицу. Ведь трансгрессиров Альянса тренировал шаен Эйзор, солидарный с мнением Лала Ли, что власть в конце концов должна достаться тем, кто готов принести в жертву себя, а не других людей. Сюзанну же отравили мысли о величии и контроле, которые были присущи всем представителям высшего луитанского света, и, когда это поняла Лала Ли, пытаться что-либо изменить в запущенном механизме заговора было уже поздно.