— Да. Сюзанна поможет «Заре» убить Императора и всю верхушку власти Альянса, которая явится на вашу свадьбу. А Аудроне должна сделать все возможное, чтобы сохранить Сюзанне жизнь.
— А если не сделает этого — взорвется?
— Да. Но не одна, — добавил Тартас. — Аудроне взорвется вместе со мной.
— То есть… — прошипел Киаран.
— В коронке моего зуба стоит блокировщик сигнала ее детонатора, — произнес Тартас и клацнул зубами. — Когда Альянс захочет убить Аудроне, мое устройство не даст им это сделать. Но если Сюзанна Мэль погибнет, мой блокировщик взорвется вместе с бомбой, которая установлена в коронке соседнего зуба. То есть сначала погибну я, а потом сигнал поступит в имплантат Аудроне — и она труп. Теперь ты понимаешь, от чего именно я ее охраняю?
— От тех, кто может нажать кнопку, — сделал вывод Киаран. — Скажи, кто установил бомбу и блокировщик в твои зубы?
— Люди адмирала Мэль.
— А Лала Ли об этом знала?
— Да, — тихо произнес Тартас.
— Так что именно ты должен сделать на нашей с Аудроне свадьбе? — Киаран отпустил руки Тартаса, но так и остался сидеть на его спине.
— Защитить Аудроне.
— Почему мне кажется, что ты врешь?
— Я обещал Лала Ли, что Аудроне выживет. Дал слово равнерийца, если ты понимаешь, что это значит для моего народа. Мне на Сюзанну Мэль наплевать. Я хочу остановить войну и сохранить Аудроне жизнь. И если для этого мне придется спасти суку, которая называет себя ее «матерью» — я это сделаю.
Киаран присвистнул.
— Смотри-ка, а адмирала флота ты не жалуешь!
Тартас молча растирал ноющие локти.
— Почему мне кажется, что у тебя и Аудроне есть свой план, в который другие участники спектакля не посвящены? — озвучил свои мысли Киаран.
— От тебя требуется только жениться и до дня свадьбы не трепать Аудроне нервы! — возмущенно заявил Тартас. — Неужели это так трудно сделать?
— Она не из-за меня напилась.
— Из-за тебя в том числе! — воскликнул Тартас. — Не спорю, приступы самобичевания у нее и раньше случались, но конкретно сейчас ты помог ей руки опустить. Перестань изображать из себя жертву. Не можешь унять дженерийскую гордость ради Аудроне, сделай это ради мира во всем мире. Цель гуманная и вполне оправдает твой дискомфорт.
— Я отвечу тебе так, равнериец: если с Аудроне на свадьбе что-то случится… — Киаран вдохнул поглубже, чтобы успокоить рвущийся наружу гнев, — я лично выпотрошу сначала тебя, а потом и твою «сестрицу» Сюзанну Мэль. Никто из нас оттуда живыми не уйдет. Можешь передать это дословно своему куратору из «Сестринства».
Киаран встал, и Тартаса выбросило из разрыва пространства. Киаран закрыл глаза и попытался взять себя в руки. Он очень многое понял. Осознал, к чему все идет.
Идеальная стратегия заговора — это когда весь план не знает никто, кроме одного заговорщика. И Киаран лишь уверился в мысли, что таких заговорщиков на свадьбе будет минимум четверо: его отец, Сюзанна Мэль, Тартас Онью и сама Аудроне. Отец Киарана разрабатывает план «Зари». Сюзанна Мэль посвящена в тайны Альянса и «Сестринства». У Тартаса и Аудроне тоже должна быть определенная стратегия действий. Но только Аудроне известно, как все случится на самом деле.
Гений, который умеет просчитывать варианты в уме. Ученый-физик, что создала теорию, смысл которой очень трудно постичь. Человек, жаждущий остановить войну. Какой план у Аудроне? И почему Киарану кажется, что она собралась принести себя в жертву?
«Для будущего имеют значение только последствия» — вспомнил он слова Лала Ли. Все зациклились сначала на поиске Десницы, а потом и на личности этого человека. Но еще ни разу Аудроне не сказала, что Десница должен (или должна) сделать в контрольной точке, чтобы остановить войну. А ведь самое главное — это действие.
Зачем Аудроне заявила в присутствии своих копий, что сектора контрольных точек слишком обширные? Не был ли это намек на создание «погрешности», о которой она говорила Киарану? К чему Аудроне и ее копиям водить за нос Альянс с координатами контрольных точек, если все уверены, что копии Аудроне Мэль из этой реальности — Десницы? По какой причине Аудроне убеждала Киарана, что он Десница? Чтобы во время встречи с отцом Киаран не плюнул на все и не переметнулся на сторону эфонцев? Чтобы верил, будто от него многое зависит и убедил в этом отца?
А если все это — обман? Грандиозный спектакль, разыгранный только ради одной цели — остановить войну? И что, если Десница — это вовсе не Аудроне, и даже не Киаран? «Десница — это не…» — сказал профессор Робертсон. Самое логичное, что пришло в голову Киарану: Десница — это не один человек. Шуйца. Почему никто не упоминает Шуйцу? Ведь его личность тоже важна, если Шуйца влияет на выбор Десницы.