Мы переглянулись, Ева фыркнула и ушла не попрощавшись. А я, махнув Грегу отпуская его, зашел в комнату, ремонтируя магией выбитую дверь.
– Что случилось? – спросил я, усаживаясь на одинокий обшарпанный стул.
Студентка молчала, а я бросил взгляд на обстановку комнаты. Рядом со стулом, на котором я сидел, расположился письменный стол, где лежали тетради и пара учебников, тусклая настольная лампа, писчие принадлежности. На другой стороне стоял небольшой шкаф для одежды, кровать и прикроватная тумбочка с разными мелочами. На этом все. Строго и скромно. Ни картин, ни милых женских безделушек. Просто обезличенная комната.
Вспоминая свои студенческие годы, улыбнулся, в комнате нас было трое, куча разбросанной одежды, писчие принадлежности лежали там, где не должны были лежать, комната была живой.
Поэтому стерильная комната, словно в больнице навеивала на печальные думы просто сама по себе.
– Я жду ответа, студентка, Греберт.
Девушка подняла свои заплаканные глаза и снова игнорируя ямой вопрос, спросила:
– Сколько сейчас времени?
– Как сколько? – переспросил я и бросил взгляд на будильник, ответил, – Пол девятого.
Девушка вздрогнула, а я нахмурился ведь сейчас гораздо больше времени. Когда я выходил из рабочего кабинета, помню было начало двенадцатого, в учебном корпусе мне никто уже не встретился. Поэтому и крик был слышен на всю академию, на территории академии уже отбой.
– Вообще – то сейчас уже больше часов. Твой будильник остановился. – спокойно сказал я и внимательно посмотрел на девушку.
Обкусанные губы до крови, дрожь в руках, почему она не переоделась? Ее зеленые глаза потухли, а взгляд поник. В моей душе что – то шевельнулось. Давно позабытое чувство, но я всей своей волей прогнал его. Невозможно, не может быть, исключено крутилось в голове.
Мария казалась такой беззащитной сейчас, что я не выдержал и присел рядом с ней, аккуратно взял ее за руку. Она была ледяной. Моя магия сразу засеменила к ней, а я оказался слишком слаб, чтобы отстраниться. Чувствуя себя еще паршивее, чем обычно.
– Мне уже лучше, – прошептала девушка, поправляя выбившейся локон.
– Мария, что произошло? – настойчиво снова спросил я.
– Я не знаю, – просто ответила она. Но я чувствовал, что она лжет, поэтому сжал ее руку сильнее. Ее энергия полилась ручьем, а студентка сжала губы плотнее. Я чувствовал ее жилку на шее, но полностью контролировал ситуацию ожидая ответа.
– Вы не поверите, – сказала она увереннее.
– Почему же ты так решила? – спросил с вызовом я.
– Потому что я отвечаю на этот вопрос уже девятый раз, – ответила Мария и встав с кровати направилась к окну и открыла его.
Осенний воздух быстро остудил помещение, но дышать стало значительно легче.
– Можешь объяснить нормально? – спросил я, подходя ближе.
– Да, – сказала она и повернулась ко мне лицом.
– Мы, как в плохой комедии и декорации скучные, тебе приснился страшный сон, раз ты так кричала?
Маша засмеялась и села обратно на кровать, начиная раздеваться.
– Значит повеселимся.
Я видел многое и мне казалось, что меня уже ничем не пронять. Но зарубки на бедре студентки подвергли меня в шок. Рубцы еще не успели зажить, но все они выглядели по – разному. Какие – то уже поджили и имели небольшой розовый след на коже. Я насчитал восемь полосок.
– До этого момента мы еще не доходили, – призналась девушка. – Обычно я рассказываю от начала сегодняшней пары до выбитой двери. Сегодня события немного изменились. Я решила пойти с конца.
В голову закрались неприятные мысли. Неужели это повторяется опять? Тогда я потерял их всех. Мать, отца, брата и сестру. А еще ту, без которой я волочу свое жалкое существование. Лучше бы я умер. Но жизнь преподносит сюрпризы.
– Профессор Даффи, мы во временной петле. Я даже не сразу осознала этот факт. Все казалось таким обычным и унылым одновременно. Пыталась оставлять записки, но они не остаются, а вот эти, – указала девушка на отметины – Очень даже.
– Расскажи детальнее, – попросил я.
– Я просыпаюсь, делаю все то, что обычно делаю перед парами, привожу себя в порядок, завтрак в столовой и затем иду на пары. Сажусь на свое обычное место в аудитории.