Как рассказывал Мастер Эдгар, Майвет ослушался воли Владыки и в тот же миг лишился той самой искры, позволяющей нам быть проводниками воли нашего божества. Для мудрейшего голиафа это было сродни удару ниже пояса, и Майвет весь остаток жизни провёл в попытках заслужить прощения, собственными руками выстроив храм небывалой красоты. Его мощи до сих пор хранятся в усыпальнице под башней, а дух защищает всех и каждого, кто воздаёт почести Латандеру в светлом зале «Майветского» храма. Дорога заняла у меня четверо суток. Один раз даже пришлось ехать ночью, так как в постоялом дворе попросту не оказалось свободных мест для ночлега, а шанс нарваться на неприятности, сидя в трактире с непонятными личностями, гораздо выше, чем на ночной дороге. И моя дедукция вновь меня не подвела. К вечеру последнего дня я благополучно добрался до своего места назначения.
Храм встретил меня ослепительным блеском в лучах закатного солнца. Его основное здание построено из светлого камня, который, переливаясь, создаёт впечатление, будто бы свет наполняет собой стены и даже во мраке тёмных ночей способен нежно ласкать округу теплом своего сияния. Высокие арочные окна украшены витражами, изображающими сцены утренней зари и чудес жизни, что позволяет лучам омывать внутренние помещения, наполняя их атмосферой спокойствия. Сады вокруг храма украшены множеством цветущих растений, которые меняют свои окраски с каждым сезоном и служат не только для эстетического удовольствия, но и являются источником целебных трав. Пристроенная к основному зданию башня возвышается на несколько этажей выше. Её остроконечная крыша, кажется, вот-вот коснётся самих небес. Башня украшена резьбой и позолотой и служит местом для лаборатории Мастера Эдгара, где он хранит изучаемые артефакты и накопленные за долгие годы знания о природе и астрологии. Каждая деталь в храме создана с любовью и отражает красоту жизни, а в воздухе витает аура радости, мира и вдохновения для всех, кто ступает на его священные земли.
Внутри обычно царит атмосфера радости и гармонии. Паладины и жрецы занимаются каждодневными тренировками, укрепляя тело, осваивают учения Латандера и наполняют его светом души, а по вечерам устраивают спортивные игры или соревнуются в актёрском мастерстве, развлекая друг друга песнями, танцами и театральными сценками. Тренировки паладинов гораздо серьёзнее, чем у жрецов. У нас в разы больше походов строевым шагом, многокилометровых марш-бросков в тяжёлых латных доспехах и спаррингов с утяжелённым оружием. Наша жизнь здесь больше напоминает небольшую армию. Поэтому я, совершенно не колеблясь, выбрал этот путь, предпочитая обрести силу и уверенность умениям по ухаживанию за садом и скорочтению пыльных свитков. Но этим прекрасным летним вечером в храме подозрительно тихо... Я поставил лошадь в стойло, снял свои сумки, ещё раз убедившись, что яйцо не сбежало от меня, пока я на него не смотрел, и отправился искать хоть кого-то. Заглянул в библиотеку, прошёл мимо светлого церемониального зала с системой зеркал, осмотрел спальни мужского и женского крыла, выглянул на тренировочное поле... Никого.
Звук разбивающегося стекла и тяжёлый грохот врезались в уши, многократно усиленные эхом длинного коридора с широкими и высокими арочными проходами, заставив меня вздрогнуть, а чёртово воображение начало подкидывать картинки ужасных событий. А если нас грабят? Куда же все подевались? А если там толпа, а я тут один? По-моему, звук шёл из башни... Тогда точно грабят! Мои ноги слегка затряслись, а ладошки тут же вспотели. Ничего лучше не придумав, я забежал на кухню. Схватил одной рукой крышку от большой кастрюли вместо щита, а второй — деревянную швабру и как можно тише, миновав коридор, стал подниматься по винтовой лестнице в лабораторию. Звуки копошения становились всё громче. Недовольные порыкивания, кряхтение и вздохи заставили меня напрячься, как пружина. Я закрыл грудь и голову большой крышкой, выглядывая поверх, и навострил швабру, как боевое копьё. С диким криком я ворвался в комнату на верхнем этаже башни, пугая птиц, умастившихся на перилах балкончика.
— ААА! Кто здесь! А ну, выходи!
— Ой! Владыка света... Что ж ты так орёшь?
— Мастер Эдгар? Это вы? А вы где?
— Ааа.. Ха-ха. Джандар, это ты? Хах. Напугал ты меня. Тут я, у шкафа...
Волна облегчения прокатилась по телу. Тревога и страх отпустили меня окончательно, и я снова смог мыслить здраво. В лаборатории Мастера Эдгара было множество шкафов с книгами и свитками, парочка очередных артефактов древности под стеклянной витриной, телескоп, стоящий на балконе, и большой письменный стол. В общем-то, всё было как обычно... почти. Исследовательский стенд лежал на боку, вокруг блестящей россыпью лежало разбитое стекло и сломанная пополам деревянная стремянка. Мастер Эдгар сидел на полу, опершись спиной на книжный шкаф, и когда я подбежал к нему на помощь, он звонко засмеялся.