— ТЫ В ПОРЯДКЕ?
— ЧТО ЭТО БЫЛО?
— Я НЕ ЗНАЮ!
Следом за ударной волной в нашу сторону понеслось ужасного вида облако. Чёрное, как смоль, и густое, как масло. Мы, не сговариваясь, вскочили со своих мест, попутно хватая разбросанную одежду, и рванули прочь, путаясь в облетевших ветках кустов. Облако неумолимо неслось в нашу сторону, и через пару встревоженных вздохов обдало нас липким коконом. Лёгкие, как от удара, сами выплюнули остатки воздуха, ноги тут же ослабли, и мы снова рухнули на землю, совершенно не контролируя тело. Чернота, постепенно теряя темп, как будто растворилась, впитываясь и поглощаясь растениями в саду.
— Джандар, эй, очнись! Давай же!
Нежные руки Натали обдали меня теплом, а голубоватое свечение её ладоней окутало тело мягким одеялом. Я, откашлявшись, пришёл в себя, но голова, идущая кругом, не дала мне подняться на ноги...
— Джандар! Я думала, что потеряла тебя!
Осунувшееся, болезненное лицо девушки смотрело на меня. Розовая бархатная кожа потеряла краски и превратилась в серо-жёлтую маску с фиолетовыми синяками под глазами и глубокими царапинами. А в растрёпанных каштановых волосах тут и там торчали седеющие пряди.
— Я сделала всё, что смогла. Но ты выглядишь ужасно! Как ты себя чувствуешь? Ты как будто постарел!
— Ужасно — это ещё мягко сказано, — я тактично промолчал про изменившуюся внешность своей возлюбленной, — свет Латандера! А что с садом?
Ужасное зрелище открывалось нашему взору. С заботой и любовью взращённый цветущий сад превратился в гротескную копию себя. Чернеющие остовы стволов деревьев, колючие голые ветки кустов, жухлая гнилая трава.
— Это уже не имеет значения... Что это было, Джандар?
— Какая-то мерзкая чёрная магия... Дьявол его раздери! Оно пришло со стороны храма!
Я вскочил на ноги, слегка пошатываясь, и с тревогой взглянул на успевший стать родным уютный уголок. Светлый белый камень полностью утратил свой блеск. Чёрная слизь окутала здание. Витражные окна россыпью мелких осколков лежали на грязной гниющей почве, а башня лишилась крыши и части разукрашенных стен. Оттуда чёрные нити вздымались к небесам, жадно захватывая парящие в воздухе жухлые листья и, как щупальца, утаскивали их в чёрное чрево, зияющее в остатках лаборатории.
— Мастер Эдгар... Яйцо! Яйцо, Натали!
— Ты о чём? Какое яйцо?
— Это я виноват! Я должен их спасти!
— Джандар! Стой!
Последняя фраза Натали пролетела мимо моих ушей. Я мчал со всех ног туда, где пахло смертью. Нет, нет, нет! Это сон! Это просто страшный сон! Глаза слезились от встречного ветра. Ноги, как будто, вот-вот сведёт судорога, но я бежал! Бежал с жутким грузом вины, не желая видеть того, о чём я догадывался.
Со всего размаха я влетел в тяжёлую высокую дверь. Она, больно ударив меня в ответ, распахнулась с натужным скрипом. Я рванул по длинному коридору в сторону кухни, не обращая внимания на ноющее плечо, и, завернув за угол, упал на колени, обомлев от увиденного... Такого я не мог представить даже в самых страшных фантазиях. Харти, Коин и Марта жрали Лолли, лежащую на полу. Они остервенело отрывали куски с её тела и с мерзким чавканьем запихивали себе в рот. Одежда на ребятах висела мешком, болтаясь в такт движениям, на иссохших бледных телах. Клочки поседевших волос кусками отваливались от черепа вместе с кожей, а пожелтевшие зубы, испачканные кровью, звонко клацали, пережёвывая остатки мяса во рту.
— Нет, нет, нет! Это всё сон! Этого не может быть. Этого не может быть!
Я заныл, зарыдал, стискивая зубы, избивая себя кулаками по лбу, скулам и челюсти, раздирая кожу ногтями, вырывая клочки поседевших волос. И в этот момент бывшие товарищи все, как один, переключили на меня своё внимание... Они неуклюже поднялись, оставляя место своего пиршества, поскальзываясь в луже крови, путаясь в кишках, и медленной шатающейся походкой двинулись в мою сторону. В тот момент пожар ненависти к себе спалил всё моё нутро. Взгляд остекленел и завис на израненных руках, с клочками волос между пальцев и серыми чешуйками кожи под ногтями. Я растворился в собственном бессилии и всепоглощающем чувстве вины. Абсолютно безразличный к собственной судьбе.
— ЭкстЕрминанс ИнмОртуе!
Солнечный свет на мгновение озарил комнату, быстро растворяясь в кромешной тьме. Товарищи схватились за головы, а их лица перекосились гримасами ужаса, как раз в тот момент, когда они потянули ко мне свои окровавленные руки. Мертвецы бросились бежать, ударяясь в стены, сталкиваясь друг с другом, не разбирая дороги, подальше от напугавшего их нечто.