– Ну-ка, подтяни подпруги, приятель, – осадил его Том. – Это что – самолет?
Мартин побледнел.
– Нет, его нам не построить. И с самолетом много возни – надо садиться, откуда-то брать горючее… Нет, нам нужен другой аппарат – но тоже способный к полету. Такой, которому не нужен ни двигатель, ни бензин, ни спирт…
– Вы говорите об аэростате?
– Почему бы и нет? Аэростат или еще лучше – дирижабль.
53
Том Райдер идею одобрил сразу же, но Фарингтон запротестовал.
– Нет! Слишком опасный проект! Я не верю в этот мешок, начиненный водородом! Газ взорвется, и мы все сгорим!
Он хрустнул пальцами.
– К тому же, он целиком зависит от ветра… игрушка урагана – ничего более! А где мы найдем пилота? Обычного летчика еще можно откопать, я даже был знаком с двумя-тремя… Но опытного аэронавта? А команда? Надо подобрать людей, обучить их… Разве это нам под силу? И еще одно…
– Побаиваешься? – улыбнулся Том.
Мартин густо покраснел и сцепил руки.
– Хочешь расстаться с парой зубов?
– К этому мне не привыкать, – Райдер снова ухмыльнулся, потом глаза его стали серьезными. – Успокойся, Фриско. Если о чем и стоит поразмыслить, так только о причинах, по которым этот проект неосуществим.
Фригейт знал, что Джек Лондон никогда не интересовался путешествиями по воздуху. Странно! Казалось бы, человек, чья жизнь была столь бурной и полной приключений, мужчина, исполненный воинственной отваги и жажды нового, должен с восторгом согласиться на подобный полет.
Неужели он боится высоты?
Все может быть! Существует множество храбрых людей, которые ничего не страшатся на земле, но впадают в панику, стоит им только оторваться от нее. Вряд ли следует их осуждать – здесь виновата одна из причуд человеческого характера. Но Мартину было стыдно показать свой страх.
Фригейт признался себе, что и ему ведома эта стыдливость. В какой-то степени с годами он избавился от нее, но способно ли время так глубоко перекроить душу человека? Когда иррациональное начало вступает в игру, оно подавляет разум; мозг бессилен ему противостоять.
Фригейт понимал, что в реакции Фарингтона есть своя логика. Полет на дирижабле – дело опасное и непростое; здесь нужно взвесить все обстоятельства.
К обсуждению решили привлечь Нура и Погаса. Фригейт изложил им свою идею, не скрывая риска предприятия.
– И все же полет на дирижабле даст нам огромный выигрыш во времени. А опасность… что ж, может быть, воздушное путешествие менее опасно, чем путь по воде и предстоящий пеший переход через горы у полюса.
– Черт вас побери, да не опасностей я боюсь! Вы же это знаете, Пит! Дело в том…
Голос Мартина дрогнул. Том улыбнулся.
– Ну, что ты все скалишься? – рявкнул Фарингтон.
Погас тоже усмехнулся.
– Да не распаляй ты себя, – сказал Том. – Сейчас нам надо наживить крючок для местного босса, пана Подебрада. С какой стати такая большая шишка согласится нам помочь? Скорее всего, он откажет. Но почему бы не попробовать? Пошли к нему домой и поговорим начистоту.
Нур и Погас согласились, что не стоит откладывать дело в долгий ящик, а потому капитан, его помощник и матрос Фригейт направились к большому строению из известняка, на который указал им один из прохожих.
– Вы все-таки хотите выкрасть катер? – спросил Пит.
– Ну, все зависит от развития событий, – уклончиво отозвался Том.
– Нур на это никогда не пойдет, – убежденно заявил Фригейт. – Да и остальные тоже будут против.
– Тогда придется действовать без них, – Том стоял на своем.
Дом Подебрада возвышался на холме; его островерхая бамбуковая крыша почти касалась нижних ветвей огромной сосны. Охранники провели их в приемную. Внимательно оглядев каждого из путников, секретарь вышел из комнаты, потом быстро вернулся и объявил, что через два дня Подебрад примет их после завтрака.
Остаток дня они решили порыбачить. Райдер и Фарингтон поймали несколько полосатых окуньков; в основном же они были заняты обсуждением способов похищения катера.
Ладислав Подебрад, невысокий рыжеволосый человек, с головой, плотно посаженной на бычьей шее, и массивным подбородком, славился непреклонным характером и ледяной невозмутимостью. Разговор с ним шел долгий и закончился совершенно неожиданно для трех визитеров.
– Ну что вас так тянет к северному полюсу? Я слышал, что Башня расположена за непроходимыми горами. Не знаю, можно ли верить этим россказням, но я охотно допускаю такую возможность.
– Я также готов согласиться, что этот мир, в его первозданном виде, был действительно создан Богом. Однако любому здравомыслящему человеку ясно, что затем планета была преобразована разумными существами, и Бог здесь совершенно ни при чем. Как ученый, я понимаю – наше воскрешение совершилось на основе законов физики и биологии, а не по воле сверхъестественных существ. Но во имя чего это сделано, я не могу представить. Церковь Второго Шанса выдвинула весьма логичную гипотезу, но ей не достает точности и определенности доказательства.