Подебрад встал, подошел к шкафу и вынул оттуда спиралевидную кость речного дракона.
– Вы, конечно, знаете, что это такое – священный символ сторонников Церкви Второго Шанса. Однако в их вере отсутствует рациональное зерно, знание основ мироздания. Правда, излишек знаний мешает людям истинно верить… В этом смысле Церковь подобна остальным религиям на Земле и Мире Реки.
– Здесь нам открылась истина о существовании после жизни… во всяком случае, в первые годы после Великого Пробуждения. Теперь, когда прекратились воскрешения, мы утратили веру в будущее. Даже Церковь не знает, почему люди опять стали смертны. Ее проповедники говорят, что нам был отпущен достаточный срок для того, чтобы обрести спасение; он истек, и больше воскрешений не будет.
– Не думаю, что здесь скрыта истина. Джентльмены, на Земле я был атеистом, членом чехословацкой коммунистической партии. Но здесь я встретил человека, убедившего меня, что религия и вера не имеют ничего общего с рациональным началом, во всяком случае, в момент их зарождения. Осознание веры, ее псевдологическое обоснование, приходит позднее. Ни Иисус, ни Маркс, ни Будда, ни Магомет не знали правды о загробном мире. Они допустили больше ошибок в его толковании, чем любой из нас, возродившихся на этой планете, в этой вселенной.
Он подошел к письменному столу, сел в кресло и положил перед собой спиралевидную кость.
– Джентльмены, на днях я собирался объявить о моем обращении в лоно Церкви Второго Шанса. Кроме того, я покидаю пост главы государства Новая Богемия. Я хочу отправиться в Вироландо и искренне надеюсь, что эта страна – не миф, не сказка. Мне хотелось бы задать несколько вопросов основателю Церкви – Ла Виро. Если его ответы удовлетворят меня, или он признает, что не может дать ответов на все вопросы, я посвящу свою жизнь служению ему – пойду, куда он повелит, и буду делать то, что он сочтет возможным доверить мне. – Если мои сведения верны – а я располагаю довольно точной информацией – то Вироландо находится отсюда на расстоянии миллионов миль. Чтобы добраться туда, мне потребуется половина моей земной жизни.
– И вот в этот момент передо мной появляетесь вы со своим предложением. Удивительно, что подобная мысль не пришла мне в голову раньше! Возможно потому, что меня больше занимал сам путь, чем его окончание… Ведь этот путь – только еще один способ познать себя, не правда ли?
– Да, джентльмены, я построю вам дирижабль – но при условии, что вы возьмете меня в полет.
54
Наступило долгое молчание. Наконец, Фарингтон произнес:
– Я согласен, пан Подебрад, но что скажут мои спутники?
Фригейт и Райдер с готовностью кивнули.
– Да, неожиданная ситуация, – протянул Фарингтон. – Дело не в том, что вы хотите лететь с нами, – поспешно добавил капитан. – Этому-то я очень рад. Но где мы найдем опытных пилотов? Только сумасшедший поднимется в воздух с людьми, которые не знают, с какой стороны взяться за руль и как запустить машину.
– Конечно, вы правы. Однако строительство дирижабля – долгое дело. Нам еще предстоит разыскать инженеров, способных спроектировать его и сделать все расчеты. Придется начинать с нуля. Постепенно мы найдем и пилотов. Конечно, это непросто, но где-то в долине, пусть за две тысячи миль от нас, обитает хоть один аэронавт!
– Мне приходилось летать на воздушном шаре, – вмешался Фригейт, – и я довольно много читал о них. Кроме того, я дважды поднимался на дирижабле. Правда, не могу считать себя специалистом, однако…
– Мы можем и сами изучить это искусство, мистер Фригейт. Ваши познания весьма помогут нам в тренировках.
– Это было так давно… Невероятно давно!
– Вы не внушаете мне доверия, Пит, – свирепо заявил Фарингтон.
– Доверие придет с опытом, – подвел итог Подебрад. – А теперь, джентльмены, я сразу приступаю к делу. Мне придется отложить свою отставку и все религиозные проблемы до окончания строительства дирижабля. Пост главы государства не может занимать сторонник Церкви, проповедующей непротивление насилию.
Фригейта поразила его глубокая убежденность и последовательность. Ему казалось, что ни один приверженец Церкви Второго Шанса, искренне поверивший в ее догматы, не способен к таким решительным действиям.
– Как только мы закончим совещание, я сразу же займусь поиском сырья и оборудования для производства водорода, – продолжал чех. – Самыми подходящими материалами мне представляются серная кислота и цинк. И то, и другое у нас есть; производство кислоты уже налажено. Хотелось бы получить алюминий, но…
– Дирижабли Шютте-Ланца были деревянными, – вспомнил Фригейт. – Дерева нужно совсем немного.
– Дерево! – подскочил Фарингтон. – Вы что – хотите лететь на деревянном дирижабле?