— Штерн? — выкрикнул Смизерс,
Немец метнулся в сторону. Путь вниз по лестнице, к двери, загораживала Джил, и он побежал к окну.
— Не стрелять! Ему не уйти! — закричал Смизерс.
Штерн прыгнул на подоконник и попытался кинжалом разбить
окно. Толстое стекло не поддавалось, он бил по нему изо всей силы, потом, пошатнувшись, упал. Файбрас с охраной бросились к нему, следом спешила Джил.
Штерн поднялся на ноги, посмотрел на бежавших к нему людей, затем перевел взгляд на выпавшее из его рук оружие, закрыл глаза и рухнул на пол.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
Джил подбежала, когда Файбрас щупал пульс распростертого на полу человека.
— Он мертв!
— Что произошло, сэр? — спросил Смизерс.
— Я могу лишь сказать, каким образом все случилось... объясняй сам, если сможешь. Мы мирно болтали с ним за рюмкой. Все шло нормально. Вдруг он вскочил, выхватил кинжал и попытался прикончить меня. Он выглядел так, словно в него вселился дьявол... но до того, пока мы выпивали — клянусь, я не встречал более уравновешенного человека! Но что с ним произошло? Похоже, он умер от сердечного приступа?
— От сердечного приступа? — переспросила Джил. — Никогда не слышала тут о чем-то подобном. А вы?
— Всегда что-то происходит впервые, — пожал плечами Файбрас, — особенно теперь, когда прекратились воскрешения.
— Кожа на лице посинела, — заметила Джил. — Не похоже на инфаркт... А он не мог принять яд? Правда, я не заметила, чтобы он подносил руки ко рту...
— Интересно, где он мог достать цианистый калий или синильную кислоту? — возразил Файбрас. Он взглянул на Смизер-са. — Заверните тело и отнесите ко мне в спальню. Ночью спустите в Реку.
— Да, сэр, — вытянулся Смизерс. — А как же ваш подбородок, сэр? Вызвать врача?
— Не надо, я заклею пластырем сам... И никому ни слова! Ты понял, Смизерс? К вам это тоже относится, Галбира. Ни одного слова! Не надо будоражить людей.
Все покорно кивнули.
— Как вы думаете, — спросил Смизерс, — этого подонка тоже подослал Барр?
— Не знаю. Меня это не интересует... Займитесь им.
Он повернулся к Джил,
— А вы что здесь делаете?
— Я хотела с вами поговорить, но лучше попозже. Сейчас вам не до меня.
— Глупости, — поморщился Файбрас. — Со мной все о’кей. Пошли, Джил, я только заклею царапину, и мы побеседуем.
Джил шагнула в роскошно обставленную гостиную и уселась в мягкое кресло. Файбрас исчез в ванной; через несколько минут вернулся с белой нашлепкой пластыря на подбородке.
Беззаботно улыбаясь, будто ничего не произошло, он обратился к Джил:
— Выпьем чего-нибудь? Вам нужно успокоить нервы.
— Вы уверены, что только мне?
— Ну, хорошо — и вам, и мне. Вы правы, я слегка взбудоражен. Хотя я и удостоился славы супермена, но это не так.
Он плеснул в наполненные льдом бокалы пурпурного вина. Нигде, кроме Пароландо, не было ни льда, ни изделий из стекла, ни пластыря. Во всяком случае, в других местах Джил не встречала этих атрибутов цивилизации. Несколько минут они молча потягивали холодный напиток. Их глаза встретились, но ни один не произнес ни слова. Наконец, Файбрас нарушил молчание. — Ну-с, церемониал можно считать законченным. Так почему вы хотели со мной встретиться?
Джил с трудом выдавливала слова. Казалось, они застревали у нее в горле, едва пробиваясь сквозь преграду. Она замолчала и отхлебнула большой глоток; теперь речь полилась свободнее. Файбрас не прерывал ее исповеди. Он сидел неподвижно, устремив на нее пристальный взгляд.
— Вот почему я здесь, — закончила Джил. — Я должна была вам все рассказать, и поверьте — далось мне это непросто.
— Ну, и в связи с чем вы решили вывалить свои тайны? Узнали о гипнозе?
Ей захотелось слукавить. Пискатор ничего не скажет Файб-расу, в этом она была уверена.
Джил поборола искушение.
— Да, узнала. Вначале я не собиралась признаваться... но... мне даже страшно подумать о такой... таком исходе, как отстранение от должности, — у нее перехватило горло.
— Если у вас случится приступ во время полета, хорошего мало, — задумчиво произнес Файбрас. — С другой стороны, не считая Торна, вы наш лучший специалист. Конечно, Торн — опытный летчик, но вы... вы не просто аэронавт — вы фанатично преданы делу. Таких людей немного, и мне ни в коем случае не хотелось бы отстранять вас. Да я на это и не рискну, зная вас... не хватает только, чтобы вы покончили самоубийством! Нет, не возражайте! — Файбрас повелительно поднял ладонь. — В гневе и отчаянии вы на все способны! Однако я должен побеспокоиться о безопасности дирижабля и его команды. И поэтому предлагаю вам следующее: если с сегодняшнего дня и до момента отлета у вас больше не будет приступов, вы остаетесь на своем месте, — он задумчиво посмотрел на Джил. — Единственное осложнение — поверить вам на слово. Ну, что же, придется! Я даже не смогу подвергнуть вас гипнозу, чтобы узнать, говорите ли вы правду. Если я это сделаю, получится, что я вам не доверяю. А мне неприятно работать с людьми, которым я не доверял хотя бы на сотую долю процента.