— Прости, дружище, мой косяк.
— Ну, по крайней мере, ты хоть раз попал, — легко простил товарища Пепел, он вообще никогда не огорчался дольше пяти секунд. — А то всё прыгал без толку. Мешал только.
— Ладно, — Упрямец пролез между канатами и направился к выходу. — Развлекайтесь.
— Эй, ше… шеф, — Мод буквально выдавил из себя последнее слово. — Зачем это было?
— Затем, Мод, что такие как ты уважают только силу, — выдала Лиса помогая Пеплу подняться.
— Снова умнеешь, рыжая, — не оборачиваясь и не останавливаясь произнёс «некнязь».
Через два дня, вечером. В самом укромном подземелье главной имперской башни, таком глубоком, что помещение уже не считалось частью самой башни, а было скорее уже общими катакомбами города. Мод смотрел на колокол. Здоровенная (десять метров высотой и четыре в диаметре), изящно выгнутая перевёрнутая чаша стояла на невысоком постаменте и поблёскивала двимеритовым узором, который могут увидеть только стигмеры. Пол вокруг покрыт слоем слежавшейся пыли, в которой протоптана узкая тропинка к провалу со ступенями. Узкий коридорчик вёл куда-то вниз под постамент с колоколом. Через этот тёмный проход можно было забраться внутрь чаши.
— Судя по следам сюда кто-то захаживает, — кивнула на тропинку в пыли Лиса.
— Львица, — пожал плечами седой мечник. — Больше некому. Да и незачем.
— А нам сюда можно? — Пепел оглянулся на бронированные створки метровой толщины, которые медленно закрывались за их спинами отрезая единственный выход.
— Последние дни мне кажется, — Лиса задумчиво поправила рыжую шевелюру. — Что с таким шефом как у нас можно вообще всё, что угодно.
— Только если он одобрит, — угрюмо добавил Мод.
— Чё тебе не нравиться? — фыркнул Пепел. — Меня этот Примус устраивает больше чем предыдущий.
Мод почти выдал презрительное: «предатель», но сдержался. Вместо этого седой вынул из под полы плаща колбу со светящимися кристаллами. Внутри, замершим узором краснели свёрнутые нити.
— Она у тебя? — округлила глазки Лиса. — Как?
— Сразу спрятал в метро, — пояснил Мод. — Не таскать же с собой по землям мёртвых.
— Хитрец.
— А в башню как пронёс? — полюбопытствовал Пепел.
— Меня и раньше никогда на входе не досматривали, а теперь…
— Говорю же, — усмехнулась Лиса. — С таким шефом можно что угодно. Мода бы не остановили, если бы он её открыто тащил через посты. После того ринга, с Примусом и его «обезьянками» никто связываться не пожелает. Кстати, вы знали, что нас прозвали его «обезьянками»?
— Так кто хочет попытать удачу? — Мод протянул колбу товарищам, прерывая неприятный для себя разговор.
— Лиса… — услужливо протянул Пепел.
— Поехал? — возмутилась девушка. — Я свою только наполовину контролирую. Куда мне ещё чужая?
— Пепел? — Мод протянул колбу парню.
— Я не готов, — с сомнением выдал Пепел.
— Ну, если лучший температурный контролер не готов, — всплеснула ладонями Лиса. — Тогда никто не может быть готов.
— Просто… — Пепел явно смутился. — Это ведь Крейг. Я лучше в контроле. Я бил его квазислепок в виртуальном тренажёре, и не единожды. Но каждый раз когда встречался с настоящим Крейгом чувствовал, что проиграю спарринг, а то и чего похуже. Ничего не могу с этим поделать. Я, наверное, трус.
— Да прекрати, — хлопнула по плечу товарища Лиса. — Опасения за свою жизнь не трусость. Когда бойцы хороши, защита стиг-ринга и судьи не всегда успевают помочь. А тут ты и он, попробуй ещё найти согласных судить такой бой, не всякий согласиться. Обратка такая может прилететь, мало не покажется, — и совсем тихо добавила: — Ты тоже мог бы его нечаянно убить.
— Теперь мы этого уже не узнаем, — вздохнул парень.
— Тогда вы не будете возражать против моей кандидатуры? — спросил седой приподняв колбу.
— Узнаю старого доброго Мода, — улыбнулась Лиса. — Благородный рыцарь до церебральной стигмы. Ты мог вообще не сообщать нам, что у тебя сохранилась эта колба.
— Ага, подруга, — хохотнул Пепел. — Крейг тоже считал его слегка кретином.
— Идите вы, — беззлобно отозвался седой и бросил Пеплу свой плащ. — Желающие подстраховать есть?
— Ну, нет, приятель. Я пас. Подержу плащ.
— У меня асимметрия, — как само собой разумеющееся сказала Лиса. — Могу разве что помешать.
— Не вздумайте за меня молиться Пантеону, — буркнул Мод и решительно направился по каменным ступеням под колокол.
Скоро его шаги затихли где-то в утробе двимеритовой чаши. Пять минут ничего не происходило. Пепел и Лиса поглядывали на колокол. Наконец парень не выдержал гнетущей тишины мрачного помещения: