– Деревья растут здесь уже двести восемьдесят лет, – с гордостью сказал смотритель. – Их посадил еще мой прадед. С тех пор наша семья ухаживает за ними, и, когда я уйду, мое место займет сын.
– Двести восемьдесят лет! – изумленно повторил Эдеард.
– В Маккатране мы становимся ленивыми, – сказала Кристабель. – Город все делает за нас. Но люди и сами на многое способны.
Внутри дом был разделен старинными деревянными панелями на семь комнат. Центральное помещение под сводом ветвей занимала спальня с большой круглой кроватью посередине. Хитроумное устройство из шкивов и шнуров позволяло открывать и закрывать ставни на окнах над головой. Толстая каменная плита в гостиной служила опорой для высокой печки. В ней уже потрескивал огонь, а дым выходил наружу через металлический конус.
Кристабель и Эдеард уселись на длинном диване и любовались морем, накатывавшим на берег в какой-то сотне ярдов от дома. К сожалению, до лета было далеко, и вода еще не прогрелась. У самого горизонта медленно скользил двухмачтовый торговый корабль, идущий к южным портам. Слуги и ген-мартышки суетились вокруг, раскладывая багаж, а смотритель уже зажег огонь в плите на кухне, чтобы приготовить чай.
Кристабель переплела свои пальцы с пальцами Эдеарда.
– Не беспокойся, – сдержанно сказала она. – Все слуги ночуют в коттеджах за песчаным холмом, вне пределов про-взгляда. Я бы не хотела их шокировать сегодня ночью, многие служат нашей семье не одно десятилетие.
Эдеард усмехнулся, припомнив похожие заверения Ранали, и снова повернулся к морю.
По странному совпадению пляжный домик семейства Кальверит стоял всего лишь в паре миль от бухты, где к берегу прибило труп Иварла. То утро Эдеард запомнил очень хорошо. Через неделю после Праздника прощания он получил от береговой охраны послание – его просили помочь в опознании тела. Эдеард взял в милицейских конюшнях напрокат местную лошадь и выехал из города через южные ворота.
Море и скалы не пощадили Иварла, а Эдеард еще никогда не видел, что делает вода с трупом. Его поразило то, насколько сильно раздулось мертвое тело, и немало удивил желтовато-серый цвет кожи. Тем не менее он ни на миг не усомнился, что это и есть бывший главарь бандитов.
– Никогда такого не видел, – признался пожилой охранник.
Про-взгляд Эдеарда остановился на веревках, все еще стягивающих запястья и лодыжки Иварла. В безупречно свитой веревке и аккуратно завязанных узлах была какая-то странная элегантность, несовместимая со смертью, тем более с такой. Эдеард насчитал девять глубоких ран и бросил это занятие. Умереть быстро и спокойно Иварлу не позволили.
Убийство врага встревожило Эдеарда даже сильнее, чем похищение ребенка, хотя бы по той причине, что оно свидетельствовало о существовании в городе тайной организации, о которой Эдеард и не подозревал. Допросы ближайших подручных Иварла не помогли установить имена убийц. Кроме этого, Эдеарда интересовало, что стало с душой Иварла. Покинула ли она тело тем же путем, что и душа убитого похитителя Мирнаты? Реальность душ волновала юношу сильнее, чем он мог в этом признаться.
Ночью Кристабель прогнала все его сомнения и тревоги.
Ее слуги, хоть и ночевали в домике вне пределов про-взгляда, наверняка были разбужены ее восторженными криками.
Утром они надели простые белые халаты и позавтракали на небольшой террасе, опоясывающей дом. Теплый ветерок играл с распущенными волосами Кристабель. После десерта из нескольких долек блюгрейпа она позвала горничную, чтобы расчесать спутавшиеся пряди и уложить их в дневную прическу. Девушка приступила к работе, а Эдеард, устроившись поудобнее, приказал ген-мартышкам помыть посуду. Между ограничивающими бухту скалами в море были видны три парусника. Он позавидовал свободе моряков.
– Хотелось бы и мне когда-нибудь так плыть, – объявил он. – Когда покончим с бандитами и загоним их подальше в пустоши, возьмем корабль и обойдем вокруг света.
– Через южные плавучие льды еще никто не находил пути.
– Значит, мы пойдем на север.
– Через атоллы в море Августы? Помилуй Заступница, Эдеард, эти рифы тянутся на сотни миль. Все море представляет собой предательский лабиринт, где пробивают корпуса любые корабли, имевшие неосторожность подойти близко к кораллам.
– Тогда сильной третьей рукой мы разобьем рифы или найдем путь через лабиринт при помощи про-взгляда и ген-орлов. По-моему, дело в другом: просто никто не пытался этого сделать. Мы не знаем, что есть в нашем мире, кроме бандитов. А вдруг на другой континент или остров упал еще один небесный корабль? И, возможно, тамошние люди сохранили знания строителей этих кораблей?