Он понимал, что в этом Кристабель права.
– А еще ты видел душу сержанта Чаэ. Если раньше ты считал себя популярным, не поверишь, насколько знаменитым ты стал сейчас.
– Я думал, мне все это привиделось.
– Ты поделился своими ощущениями, и сама Пифия говорила с его отлетающей душой. Более надежного свидетеля и пожелать невозможно. Она ждет – хочет поговорить с тобой о «сопряжении с загробным миром по милости Заступницы». Мы должны немедленно проинформировать ее, как только ты очнешься, – многозначительно добавила Кристабель.
Эдеард неосознанно подтянул простыню на пару дюймов. В данный момент на нем была только мешковатая ночная рубашка. «Кто же меня раздевал?» – подумал он.
Кристабель высокомерно поджала губы.
– Я прислала своих горничных, чтобы подготовить тебя к отдыху.
– Что?
Она хихикнула.
– За тобой ухаживала доктор и послушницы.
– Ох.
Час от часу не лучше. Послушницы!
Кристабель обняла его.
– Благодарение Заступнице, ты все тот же глупенький Эдеард.
– А что с моими друзьями?
– Ждут за дверью – с большим нетерпением. И доставляют слугам массу хлопот. И еще они очень хорошие. Да, можешь не спрашивать: бандиты арестованы и ждут суда в камерах под Домом парламента. Их «пистолеты, убивающие констеблей» конфискованы, и ты ни за что не догадаешься, откуда они появились.
– Откуда? – нетерпеливо спросил он.
– Из гильдии оружейников.
– Нет!
– Да. Вероятно, из тайного хранилища, оберегаемого на случай нападения на город врагов. Изготовлены несколько столетий назад. Овейн в ярости. Он приказал провести тщательное расследование. Об этом оружии кроме самых старших мастеров гильдии никто не должен был знать.
– У мэра большие неприятности.
– Вероятно. Папа очень веселился, когда рассказывал мне об этом.
– Спасибо тебе, – ласково сказал он.
Она беззаботно улыбнулась.
– За что?
– За то, что ты есть.
– Пожалуйста, Идущий-по-Воде. – Она снова поцеловала его, на этот раз крепче, с оттенком обещания. – Я позову их. Я знаю, что ты хочешь их видеть. Не беспокойся, доктор уже предупредила, чтобы они не задерживались и не утомляли тебя.
Они вошли все вместе. Кансин, все еще встревоженная, убедилась, что он действительно очнулся, а потом села на кровать, взволнованно вздыхая. Динлей нервничал и стеснялся. Бойд, по-мальчишески энергичный, вертел в руках корзину с засахаренными фруктами. Зато Максен ухмылялся во весь рот.
– Нанитта, – язвительно пропел он и ткнул пальцем в грудь Эдеарда. – Я же говорил!
Глава 4
а угольно-черном полу огромного Мальфит-холла, куда Мария проводил один из младших клириков, стояло всего несколько человек. И все они с подозрением поглядывали на Высшего, без усилий скользившего через зал. В их отношении не было ничего личного, просто на неверующих в этом священном месте всегда смотрели косо.
Марий вошел в Лилиала-холл с его непрекращающимися штормами, разворачивающимися на потолке. Проходя под куполом, он увидел, как в пробитом молниями узком просвете среди клубящихся туч мелькнули Близнецы Марса. Арочная дверь в дальнем конце зала привела Мария к апартаментам мэра. Этан ждал в овальном кабинете. После того как комнату отреставрировали, она стала в точности похожей на кабинет Идущего-по-Воде, где тот работал, когда возглавлял Маккатран. Столы и стулья были изготовлены из мардуба и отполированы натуральным воском, испускавшим слабый лавандовый аромат. Три высоких полукруглых окна в стене позади стола открывали великолепный вид на Внешний канал, западную часть Золотого Парка и пологие зеленые холмы района Нижнего Рва, протянувшегося вплоть до хрустальной стены.
– Спасибо, что согласились прийти, – радушно приветствовал гостя Духовный Пастырь.
Он сидел за столом, низко надвинув капюшон белого одеяния. Но даже свободные складки ткани не могли скрыть полуорганических модулей, закрепленных на коже.
Марий почтительно поклонился.
– Я благодарен за ваше согласие встретиться со мной, Пастырь.
Рука Этана чуть заметно шевельнулась, показывая младшему клирику, что можно идти.
– Надеюсь, что вы почти поправились, – продолжал Марий, подойдя к столу.
Его черный мерцающий плащ-костюм оставил в воздухе мимолетные тени.
– Почти. – Этан слабо улыбнулся и поднял руку к полуорганическим наростам. – Теперь их всего три, и мои доктора обещают снять их до конца недели. Удивительно, как благотворно на нашем состоянии сказываются хорошие новости.