«Не приплетай сюда Раха. Ты не Рах».
«Я знаю. Но я не могу допустить развала и гибели его великолепного наследия. Такой уж я есть, пойми это».
«Я буду молиться Заступнице, чтобы она вернула свет, когда-то горевший в твоей душе».
Эдеард скрипнул зубами и мысленно отвернулся от подруги детства. «Нельзя отвлекаться. Она поймет. И не все сомневаются в моих действиях».
Как будто стараясь избавиться от ужасающего неверия Салраны, Эдеард направил телепатический посыл Фелаксу, все еще остававшемуся на набережной Средней заводи.
«Мне нужна кое-какая помощь».
«Слушаюсь, сэр, – с гордостью ответил Фелакс. – Я обязательно помогу».
В безоговорочном доверии этого парня было что-то трогательное.
«Мне надо, чтобы ты и еще несколько надежных людей добрались до каждого сержанта, стоящего на мостах. Передайте им, что Идущий-по-Воде просит продолжать отслеживать людей из списка про-взглядами, и не только их, но и тех, кто числится в ордерах на высылку. Если все получится, мне потребуются и группы задержания, пусть будут готовы сопровождать арестованных».
«Есть, сэр. Я все сделаю. Сэр, я очень хочу вам помочь».
«Сейчас для меня это задание самое важное. Если ты все сделаешь, мы сумеем повернуть ситуацию в свою пользу».
«Я знал, что вы справитесь, сэр. Я знал».
До конца улицы Барфол осталось около сотни футов. Эдеард уже видел большую открытую площадь, окружающую особняк Байза. Ничто в поле зрения не двигалось, если не считать еще работавших фонтанов, журчавших в небольших бассейнах по краям площади. Окованные железом ворота в высокой стене уже успели захлопнуться.
Он вышел на площадь и взглянул на круглую пирамиду особняка. На выступе внешней стены стояло не меньше сотни людей. Про-взгляд позволил определить, что они вооружены пистолетами и все оружие нацелено на него.
Позади них на фоне запятнанного дымом неба возвышался величественный силуэт семиэтажной башни. Ее стены были окрашены в желто-зеленый цвет, становившийся бледнее с каждым этажом, так что верхушка казалась почти белой. На крыше, в торжественном одеянии, развевавшемся под легким ветерком, стоял Байз. Его телепатический посыл оказался таким сильным, что мог быть воспринят в половине города:
«Идущий-по-Воде, здесь у тебя нет никаких прав. Глава района – полновластный хозяин в стенах своего дома. Уходи».
Эдеарду очень хотелось ответить ему одним простым жестом, но он сдержался.
– Подожди, пожалуйста, здесь, – сказал он. – Сначала я должен разобраться с милицией.
Он отвернулся от особняка. Со стены раздалось два выстрела. Эдеард легко отвел летящие пули, а с крыши обрушился шквал приказов. Больше никто не стрелял.
Эдеард терпеливо ждал, сознавая, что на нем сосредоточены про-взгляды целого города. С каждой секундой он все сильнее ощущал радостное возбуждение от собственной дерзости.
«Да, это будет смелый шаг!»
Полк милиции промаршировал до конца улицы и остановился. Три первые шеренги подняли оружие и прицелились в одинокую фигуру, стоящую посреди площади в странно обвисшем плаще. По обе стороны от Идущего-по-Воде весело журчали струи фонтанов.
– Капитан Ларош, – заговорил Эдеард. – Я рад, что командуете вы. Вы честный человек.
Капитан вышел вперед и вежливо кивнул:
– И вы тоже, Идущий-по-Воде. Не могли бы вы отойти в сторону, чтобы солдаты выполнили приказы, отданные законной властью города?
– А что это за приказы?
– Мы должны арестовать злоумышленников, скрывающихся в стенах особняка главы района.
– Они хорошо вооружены.
– И мы тоже.
– Да, но я не могу допустить ужасного кровопролития, которое неизбежно при выполнении этих приказов. Только не в моем городе. Я разберусь с Байзом и теми, кого он укрывает; даю в том свое честное слово. – Эдеард развернулся кругом и произвел сильный телепатический посыл: – «Я даю честное слово всем вам».
– К сожалению, после сегодняшних событий вашего слова уже недостаточно, – ответил капитан Ларош. – Отойдите, Идущий-по-Воде, или мне придется отдать солдатам приказ открыть огонь.
Эдеард добродушно улыбнулся.
– Но как они могут это сделать сверху?
И тотчас попросил город о помощи.
– Откуда сверху?
Капитан Ларош вдруг с беспокойством посмотрел себе под ноги. И даже немного присел, ощущая потерю равновесия. При этом его начищенные до блеска ботинки сильнее уперлись в землю, и он приподнялся над тротуаром.
Три сотни солдат за его спиной проделывали точно то же самое, поскольку все их чувства говорили им, что они падают. Три сотни солдат плавно поднялись в воздух. Раздались полные ужаса вопли, и ошеломленные люди отчаянно забили руками и ногами. От этого их положение только ухудшилось. Они начали вертеться и извиваться. Несколько человек случайно оттолкнулись от увитых лозами стен по обе стороны улицы и сразу отлетели в гущу своих не менее перепуганных товарищей.