Пролог.
Я сидела за своим письменным столом, внимательно вчитываясь в строчки на экране ноутбука. Но меня больше интересовало, что было скрыто между строк.
Всегда, когда я читала очередной блог, статью или что – то в этом роде, то задумывалась не над тем, что человек хотел сказать, а над тем, что он хотел умолчать. Оставить за кадром. Никогда не выносить вместе с сором из избы.
Вот и сейчас, сидя в комнате в полном одиночестве, игнорируя, что за окном уже светает, я вчитывалась в послание, написанное между строк. В послание, которое должно было остаться незамеченным для большинства.
- Гвен, ты не ложилась спать? – в комнату, легко постучав прежде, вошел отец.
- Папа. – пробурчала я, потеряв нужную строчку. – Ты отвлек меня.
- Гвен. – более серьезным тоном проговорил он, намекая, что не в настроении пререкаться со мной.
- Папа. – таким же тоном ответила я, и он улыбнулся, поняв, что это бесполезная затея – пытаться заставить меня ответить на его простой вопрос.
- Гвен, детка, я собираюсь завтракать, ты со мной? – сдался отец, и я отрицательно покачала головой. – Почему нет?
- Я на диете, папа. – ответила я, не отрывая взгляд от компьютера, потому что достигла нужной строчки, утерянной из – за разговора с отцом.
- Какая на этот раз? – он вскинул брови и подошел ближе, чтобы посмотреть, чтением чего я увлечена в пятом часу утра.
- Не знаю, просто – диета. – ответила я, совершенно не пытаясь скрыть содержимое текста на экране от отца. Напротив, я слегка отодвинулась, чтобы ему было лучше видно.
- О скольких упущенных отношениях Вы жалеете? – начал цитировать отец вслух, наклоняясь к экрану моего ноутбука. – Может, Вы жалеете о том парне из метро, которому не дали номер, хотя он был вполне мил? Или о том, что отказали своему однокласснику в танце на выпускном вечере? – он засмеялся, и я уставилась на него.
- Что? – спросила я, хотя прекрасно понимала, почему он смеется. Он всегда считал женские блоги чем – то из разряда городской свалки, в которую стекается вся непотребщина, все невысказанные чувства и мысли, которые нашли бы неплохое применение в реальной жизни.
- Эта девушка опошляет суть светлых воспоминаний и слишком часто использует сослагательное наклонение. Бьюсь об заклад, она целыми днями думает о том, что случилось или не случилось, не замечая ничего вокруг. – прокомментировал папа.
Я согласно кивнула и добавила: - Интересно, сколько потенциальных партнеров, которые могли быть «тем самым», она пропустила, пока плакала ночами в подушку?
Отец рассмеялся.
- Столько же, сколько и ты, пока читала эти бесполезные изрыгания несбывшихся мечтаний.
- Я делаю это не потому, что являюсь одинокой... – начала я.
- А потому, что тебе нравится переживать чужие страдания, как свои. Ты эмоциональный импотент. – с улыбкой на устах, прервал меня отец. – Пошли завтракать, хватит заниматься ерундой. – добавил он, заметив, как я, сузив глаза, посмотрела на него.
- У меня степень бакалавра по психологии общения. – надулась я. Это был дохлый номер – у отца была докторская степень в той же области.
- До сих пор не понимаю, как мистер Роджерс выдал тебе аттестат. – засмеялся отец, в шутку издеваясь надо мной.
- Мне двадцать три, папа. И я преподаю в этом самом университете! – прыснула я. – Студенты меня любят, а показатели успеваемости на моих курсах лучшие во всем университете!
- Я верю тебе, милая. – отец погладил меня по голове, как маленького ребенка. – Но ты хороша в теории, но не практике.
- Зато твоя теория хромает. – поддела его я.
- Да, но зато я отличный практик! – отец развел руками. – Идеальная семья.
- Пошли завтракать. – буркнула я, вставая с нагретого за ночь места.
***
Мы курили с отцом, сидя на кухне и попивая горячий кофе. Он продолжал обсуждать тот злосчастный блог, часть которого прочитал ранее, а я внимательно слушала, иногда комментируя что – либо с точки зрения теоретической психологии, на что отец отвечал всегда с точки зрения практики. В целом, получился довольно забавный разговор, который, в итоге, привел меня на тропу раздумий о собственных отношениях.
Я даже не заметила, как отец встал из – за стола, поставив кружку в посудомоечную машину, и удалился из кухни.
Я все думала и думала, вспоминая каждый свой шаг, каждого своего мужчину, который встретился на моем жизненном пути и привнес что – то свое в то, что ныне было составляющим моего «я».