Кто говорил, что мужчины не клянчат? Не только клянчат, но еще и кадрятся — ведь главное достичь своей цели! И нно-но намекать на мой колер — голубым в нем даже не пахнет. Просто умные мужики — женственны, ибо ценят гармонию и свитчв поведении. Кожанные штаны, в которые я приоделся, к делу не относятся — старые попросту протерлись до дыр, в этих всяко удобнее. И хватит намекать на педерастию — других в доме Ворга попросту не было! Моего размера, по крайней мере. Не дварфийские же надевать! Как "на пляжу" буду выглядеть — коротки, аки шорты.
Главарь рурговчан все еще пребывал в ступоре — мыслительные процессы, казалось, читались прямиком на его лбе. Не удержавшись, я хихикнул, невольно припоминая кусок из "Базовой теории свитча":
"Свитч (от англ. Switch) — переключение между двумя полярностями, как правило — диаметрально противоположными линиями поведения и\или эмоционального состояния. В основном используется актором при смене архетипического образа с анимы (женского начала) на анимус (мужское начало) или наоборот. В отличии от рефлексии свитч полностью подконтролен.
Самый яркий пример произвольного (не контролируемого) свитча : безжалостный убийца с мужественным видом цедит что-нибудь сквозь губу, после чего без сожаления добивает поверженного врага. Минутой спустя — пускает радостные слюни при виде котят. Подобное переключение происходит большей частью из-за отсутствия вектора полярности (свитч обусловлен восприятием индивида внешних раздражителей и отсутствием самоконтроля при реакции на них). Это — в корне неверно. Ключевой момент данной техники — полный контроль над психической организацией мышления, способный обеспечить резкий переход и плавное сочетание полярностей (противоположности из разных областей сочетать нельзя).
В качестве примера контролируемого свитча можно привести тот момент, когда актор кричит, в бешенстве надрывая глотку, а через секунду уже преспокойно что-то шепчет. Подобный прием наглядно использовал Гитлер, отчитывая провинившихся подчиненных и доводя их до нервного срыва, или же получая именно ту реакцию, какую хотел."
— А…А-а… — Ворг открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег.
— Аэ…Ау… — синхронно копировали его мимику рурговчане с банкирами.
Хи…Хи-хи-хи… Это ли не лучшее развлечение?
— Смелее! — понижая тон, загадочно ответил я, добавляя в голос интриги и поводя плечиком.
Казалось, дварф был готов заплакать. Судя по его виду, он уже не знал, чего еще от меня ожидать и окончательно сдался…
Перейдя на волнительный шепот, я продолжил издевательство:
— Зна-ах-ешь, чего я хочу? — с придыханием.
Бородач отрицательно помотал головой, настороженно вжимаясь в кресло. Окружающие, наоборот, выжидательно вытянули шеи и придвинулись ближе. Слишком велики ставки, чтобы отнестись к торгам наплевательски.
— Ка…
— Ка?! — бородачи подались вперед, едва не стуча воображаемым хвостом по полу от волнения.
— Ка…апф. — зевнул я, неспешно потягиваясь.
— КА-А?! — дварфы даже приоткрыли рты, нервно сжав пальцы.
— Ка-а? — настороженно переспросил Ворг.
— Ка-анфет. — выдохнул я и, не выдержав, захихикал вслух.
Лицо главаря рурговчан ме-едленно сравнялось по цвету с томатом, а затем — с распаренной свеклой.
— Давайте убьем его? — вкрадчиво раздалось откуда-то сбоку, почти с таким же придыханием, как недавно делал я.
— Нельзя… — ответили ему. — ПОКА нельзя.
— Ка-анфет… И два-арфийку. Симпатичную. Побритую. Без бороды там.
— Там? — впал в ступор народ.
Я молча указал пальцем, где именно, использовав в качестве наглядного примера одного из банкиров. Не помню, кто сорвался с места первым: он или Ворг. В глазах обоих читалась жажда убийства, а руки тянулись к моей шее…
Повеселились мы знатно. Отдельные моменты еще долго будут жить в памяти: чего только стоит пробежка по столам, когда за тобой несется злобная неуправляемая толпа, ревя и круша все на своим пути…
Разгромленную залу пришлось оплачивать Воргу из собственного кармана….
Глава 3. Дом, милый дом — даже гоблин в нем
Когда все выдохлись и слегка успокоились, началось конструктивное обсуждение. Планировали, обсуждали детали, спорили до хрипоты … Я сидел в уголке и молча жевал пирожок — зачем вмешиваться? И так вон как орут! Не могут, бедняги, определить, что с собой нужно брать, а что — нет.
Наконец, вусмерть переругавшись, коротышки достигли консенсуса. Поход за сферрумом назначили на позднее утро ближе к обеду — нужно было время на сборы. Далее начались попытки склонить меня к сожительству — остаться на ночь у Ворга. Пришлось повторить недавно услышанную фразу про подпорку для шахты и любопытный мужской задний проход: что я, маленький что ли? Тем не менее, домой меня отпускать категорически не хотели — мол, "великое знание нельзя подвергнуть опасности". Тьфу!
С оскаленными клыками и злобным шипением коротышки поняли намного быстрее — понурились и умолкли, перестав спорить. Провожали, правда, целым кагалом — было забавно смотреть на реакцию окружающих. Непонятного чужеземца (уши, острые уши!) ведет целая толпа, вперившись в него мечтательным взглядом и ловя каждое движение. Гадай, кто же он: то ли важный преступник (рурговчане Ворга крепко сжимали оружие, нервно стреляя глазами по сторонам), то ли не менее важный посол (банкиры то и дело почтительно забегали вперед, высматривая "опасности" на дороге — например уж-жасно смертельные выбоины или ямки в брусчатке). И так до самого дома, через весь город!
С особняком все оказалось в порядке — никто даже не вламывался, пока меня не было. Жаль, жаль… А я так надеялся, изобретая над дверью хитроумную ловушку из веревки и топора… И еще парочку по бокам, незаметных, срабатывающих независимо друг от друга. Многоступенчатая система защиты — наше все. Топор заметил, отвлекся на него, подумал, что хозяин — криворукий глупец, раз такую заметную подлянку оставил. И…тут же попался в другую ловушку, ведь первая — лишь отвлекает внимание.
Разрядив часть "подарочков" для незваных гостей, я направился наверх. По пути, правда, чуть не упал — споткнулся о разбросанные мышеловки. Надо бы их убрать, что ли… А то вон и капкан рядом лежит — угодишь в него случайно, и прощай рука. Или нога. Ладно, потом — обязательно. А сейчас — надо проверить мою драгоценность.
Шпинель, найденная в тайнике гоблина, все так же красиво переливалась. Хорошо, что перепрятал ее перед "рыбалкой". Осталось лишь найти ювелира…
Заметно оскудевшие запасы продуктов явно подсказывали: гоблин все-таки приходил, причем не один раз. Почти все открытые полки были подъедены. Чудненько! Надеюсь, он еще не отчаялся и навесит мое жилище сегодня. А то опять уползу в коридоры… Уползу… Тлять!
И как только раньше это в голову не пришло! Дварфы! Глупые дварфы и их чертова ширина плеч. Неудивительно, что они о племени нагов не знали: слишком разные способы передвижения. Намечающуюся завтра экспедицию можно спокойно отменять: бородачи никак не пролезут по тем узким лазам. Если уж даже мне иногда было тесно, то что об этих шкафах говорить…
Хотя-а… Я невольно захихикал, представив Ворга, застрявшего аки Винни-Пух в норе кролика и грязно ругающегося на весь свет. Это же какой простор для подколок! Про содомию особенно — подойти, погладить по заднице и, затаив дыхание, наслаждаться результатом. Думаю, услышанных оборотов хватит на целую книгу! Но все же…
Одному ползать по долбанным коридорам катастрофически не хотелось, тащить за собой дварфов, способных намертво закупорить проход — тем более. Как быть? Плюхнувшись на кровать и заведя руки за голову, я принялся размышлять. Интересно, тут есть зелье уменьшения роста? Или же проявить деспотичность, и заставить их рыть широкий тоннель? Или плюнуть на все, и полезть одному? Мои рассуждения прервал раздавшийся снизу шорох. Неужели гоблин пришел? Рано он что-то…