– Нет! – Сулэ дрожал мелкой дрожью, расширив в темноте глаза, и тянулся от него прочь, стараясь вырвать руку. – Нет, ты не можешь уйти…
– Послушай, Сулэ, скоро я стану во главе своего улуса, и тогда я увезу тебя отсюда. Ты станешь вольным человеком. Я тебя возвышу…
– Нет…
– Почему, Сулэ? Ведь тебе за это ничего не будет… Ты скажешь, что мы вместе собирали дрова, и вдруг я побежал, а ты не догнал меня…
– Нет, ты раб, Таргудай наш нойон… – захлебываясь бормотал тот, – ты не можешь бежать… я сейчас закричу…
Тэмуджин быстро схватил его за горло и придавил ему глотку. Тот засипел, слабея, ногтями вцепившись ему в обе руки. Тэмуджин схватился за свою кангу и, повернувшись всем туловищем, с силой ударил ему в голову. Сулэ, как бестелесный, мягко упал на землю, растянулся, опрокинувшись на спину. Тэмуджин нагнулся над ним, потрогал за плечо. Тот не шевелился.
Оглядев тени зарослей поблизости, Тэмуджин послушал пьяные голоса у костров. Все было по-прежнему. Он пригнулся и быстрой тенью скользнул к воде, снял гутулы, сложив их голенищами вместе, закусил зубами. Вошел в воду, борясь с холодом, шагнул сразу в глубину и поплыл.
Непрогретая еще с весны ледяная вода резко обожгла все его тело, проникнув под одежду. Тэмуджин плыл, с силой гребя под собой. «Только бы ноги не свело… – испуганно подумал он вдруг и мысленно обратился к хозяину воды: – Вынеси, помоги выбраться на берег…» Он высоко поднимал голову, прерывисто дыша, и толкал вверх тяжелую кангу.
Он доплыл почти до середины, когда сзади раздался тонкий отчаянный крик Сулэ.
– Упустил!!!
Тот с истошным ревом бежал в сторону костров. Тэмуджин, уже не чувствуя холода, загреб сильнее и тут, прямо перед ним, из-за верхушки сопки выглянул край луны. Огромный огненный круг выбирался стремительно, освещая землю от края до края, и скоро весь противоположный берег стал виден как днем. Там не было ни кустика и до темневшего вдали леса виднелось все до мелких бугорков. Тэмуджин резко повернул назад.
Ниже по течению на подмытом берегу росли две развесистые ивы, ветвями они уходили в воду. Тэмуджин поплыл к ним. Люди уже шли от костров. Голоса их раздавались в тальниках. Гребя изо всех сил, Тэмуджин заплыл под ветви, схватился за них, прикрыв голову, и замер.
Голоса приблизились; люди стали в шагах сорока выше по течению.
– Тут он меня ударил, – глухо доносился плаксивый голос Сулэ. – Подговаривал меня молчать, но я ему не поддался…
– Ладно, – это был голос Унэгэна. – Далеко он не ушел, найдется, вот и луна вышла… Поищите в тальниках.
– Да не бродите кучей! – раздался другой голос, властный, видно, это был кто-то из нойонов. – Разберитесь цепью и осмотрите каждый куст от края до края.
– Вы двое, пройдите по берегу, – это был опять голос Унэгэна. – Ты иди в ту сторону, а ты здесь посмотри…
Холодная вода стиснула все тело. Тэмуджин напрягал мышцы, не пуская холод внутрь себя. Замерев, он вслушивался в неясные звуки наверху. Толпа ушла с берега в тальники, но двое, он знал, искали его где-то рядом. От костров продолжали доноситься пьяные крики и хохот.
Где-то рядом раздались шаги. Кто-то тихо приблизился к дереву, спрыгнул к воде и стал прямо над ним. Над головой шевельнулись ветви… «Ну, все, попался…» – уже безразлично подумал Тэмуджин, не оборачиваясь, тоскливо глядя на лунный след на ровной глади воды.
– Тэмуджин, – тихо прошелестел знакомый голос, – это я, Сорхон…
Тэмуджин вздрогнул, с трудом осознавая свою удачу, не веря в спасение.
– Сиди там, не шевелись, они скоро вернутся сюда.
Ветви опустились над ним, Сорхон выбрался наверх и отошел в сторону. «Боги, видно, смотрят за мной… – с огромным облегчением вздохнул Тэмуджин. – Кто-то молится за меня, мать или Кокэчу…»
Снова послышались голоса на берегу. До Тэмуджина доносились обрывки разговоров:
– Будто все осмотрели… нигде нет…
– Темно в зарослях… чуть глаза себе не выколол.
– Поверху смотрели или нет? – голос Унэгэна. – Он мог на дерево залезть.
– Нет, не смотрели.
– Человека искали, а не птицу…
– Да теперь он уже далеко…
По зарослям прошел ветерок, приглушил голоса.
– Еще раз пройдем, – снова донесся голос Унэгэна. – Теперь на деревьях получше смотрите, не сидит ли наверху… А вы двое еще побудьте здесь, он может сюда выскочить… Пошли!..
Снова стихло. Ветерок, поднимаясь с низовьев, задул по реке, поверхность воды зарябила, заиграла огнем на лунном свету. Тэмуджин изо всех сил напрягал руки и ноги, чувствовал, как немеют икры и ступни.