– Видно, что хороший будет нойон, – заговорили многие, переглядываясь между собой, – это ведь большая редкость, чтобы нойон так ценил нукеров.
– Обычно для нойона родной брат, хоть и глупец, но в семь раз выше какого-то нукера.
– Вот кому можно было бы послужить!
– Для того я и позвал вас, – Джэлмэ испытующе оглядел всех, – чтобы рассказать вам про него, да сказать, чтобы вы готовились идти к нему в нукеры. Вместе будем служить ему.
– Подожди, – хмуро отозвался Буру, все это время отмалчивавшийся, сидя особняком, ближе к правой стене. – Как это так вдруг мы все соберемся и перейдем к нему? Да вы что, из ума все выжили?
– А что? – удивленно обернулись к нему несколько парней.
– А как же род, сородичи? – тот возмущенно смотрел на них. – Как можно бросить своих и идти к кому-то чужому?! А что предки на небе скажут, об этом вы подумали?
– Верно он говорит, – поколебавшись, поддержали его двое парней, – был бы этот Тэмуджин еще обыкновенный нойон, как другие, так ведь он и от своего рода откололся. Что это за человек?
– Пусть и будет у него свой улус, – продолжал свое Буру, – но он теперь как будто и не относится к киятам, раз откололся, значит и к нам, борджигинам, не относится, а войско его сейчас и вовсе в другом месте, с керуленскими родами обретается, а сам он к тому же еще с чужим ханом дружбу водит. Нет, здесь что-то не то.
Его поддерживали те же двое:
– И что это за улус такой у него будет?
– Кем мы станем, если перейдем в такой улус?
Джэлмэ усмехнулся, глядя на них:
– Для Тэмуджина нет разницы, какого рода человек, лишь бы душа была не червивая. А честного человека, да если на плечах у него голова, а не болотная кочка, он ценит выше иного нойона…
– Да ведь не в этом дело, – раздраженно заспорил с ним косоглазый Халбай, один из тех, кто не верил в Тэмуджина. – Может, он и умный, и нукеров ценит, но выходит, что он не почитает своих сородичей, а род для человека – главное. Что будет, если все начнут бегать от своих к другим, бросят своих онгонов? К чему это приведет?
Ему возражали другие.
– А что, лучше войны между собой вести по прихоти этих пьяных нойонов? – спросил Борогол, стоявший за Тэмуджина. – По мне так лучше положиться на такого нойона, чем служить нашим глупцам.
– Если всем перейти к Тэмуджину, то и войн между родами не будет, – сказал Джэлмэ. – Все монголы вместе будут.
– А уйти к Тэмуджину еще не значит порвать со своим родом, – вставил Тогон. – Вот Джэлмэ ведь приезжает поклониться своим онгонам, встречается с родными.
– Так у него род дарханский, – возражал Буру, – ему все равно где жить, а мы не можем оставить свой очаг.
– Кланяться предкам можно везде, – сказал Джэлмэ, – небо всюду одно, и они оттуда все видят.
– Это тебе можно, – махнул рукой Буру, – тебе хорошо говорить, а нам без родного очага никак нельзя.
Спор, вдруг разгоревшись между друзьями, долго не утихал. Трое были за то, чтобы идти к Тэмуджину, четверо отстаивали свой долг быть рядом со своим родом. Остальные, поначалу с восторгом внимавшие Джэлмэ, теперь, подостыв, не знали, на чью сторону встать, молча слушали тех и других.
– Какие бы ни были нойоны, пусть хоть глупые, плохие, но они свои, – доказывал Буру, – они властвуют над нами по закону, от предков своих они получили это право, а мы от своих предков получили долг быть под их знаменами.
– Сколько народу погибло под этими знаменами! – зло прервал его Борогол. – А ты, видно, так и будешь держаться за них, тебе, как новорожденному теленку, главное, от стада не оторваться?
– Что-о? – тот злобно уставился на него. – Ты придержи свой пестрый язык, а то я его с мясом вырву.
– А ну, давай, посмотрим, кто кому что вырвет…
– Давай, попробуем!
Их едва утихомирили.
– Эй, вы, остыньте-ка оба, а то что-то шумно стало.
– Еще друзьями называетесь.
– Между нами не может быть драки, забыли?
Нохой оглядел всех, привстав на месте, поднял правую руку. Стало тихо.
– Прекратим этот разговор, а то так мы все рассоримся. Пусть каждый подумает про себя, как дальше быть, а жизнь покажет. Может и без нас все решится. Да и так подумать, не нам это решать, кто прав, а кто неправ. Нам главное, крепко держать в руках оружие и насмерть стоять против врагов. Так или нет?
– Пусть будет так, – согласились двое или трое, – посмотрим, что дальше будет.
– Ну, вы как хотите, – решительно высказался Борогол, – как получит свой улус Тэмуджин, я пойду с Джэлмэ служить ему.
– И я тоже, – сказал Тогон.
– И я с вами…
– И я… – под конец к ним присоединились еще двое.