«Младший брат хана старше по положению, чем сын! – именно в это время пришла к нему тайная мысль, и он взволнованно размышлял про себя: – Хан не зря назвал меня так, он не мог случайно проговориться, он знает, что говорит. Здесь есть какой-то глубокий смысл…»
И украдкой, будто стесняясь самого себя, подумал: «В будущем это можно будет использовать…»
XI
Пропировав с гостями дня два и отпустив их с подарками из меркитской добычи: дав одному рысистого коня, другому молодого быка, третьему пленную девушку… – Джамуха на следующий день, встав на рассвете и опохмелившись, решил ехать к джелаирским нойонам. Эти были, пожалуй, самыми влиятельными среди тех, кого недавно принимали в айле Тэмуджина, когда тот напугал их своими неслыханными речами. К Джамухе пришла мысль исправить ошибку анды, загладить обиду нойонов и закрепить порушенную дружбу с ними.
«Анда потом будет благодарить меня за то, что улаживаю его споры с вождями племени», – думал он, рыся в сопровождении нескольких нукеров, таких же юных, как и он, парней, и жадно вдыхая свежий, прохладный осенний ветер, остужая разгоряченное после обильного пиршества лицо.
Прибыл он на место перед полуднем, въехал в джелаирский курень, подбоченившись, выпрямив спину, суровым взглядом посматривая по сторонам. Джелаирский нойон, сорокалетний Тохурун-мэргэн, встретил его с почетом, усадил в своей юрте, накрыл стол. Он тут же послал гонцов за своими братьями, стоявшими со своими куренями неподалеку, послал еще за олхонутами и элджигинами, бывшими недавно вместе с ними в гостях у Тэмуджина. Однако хонгиратского Дэй-Сэсэна, который стоял не так далеко от него, он не стал приглашать. «Он тесть Тэмуджина, – подумал он, – а разговор может пойти и о нем, лучше обойтись без него…»
Нойоны прибыли, когда солнце спускалось под уклон. Пока ждали их, Джамуха, хорошенько угостившись и выпив еще, безудержно хохотал от смешных рассказов десятилетнего племянника хозяина. Тот знал великое множество случаев с разными монгольскими нойонами – и ныне живущими, и отцами их, и дедами. Рассказывал он так, что всякий слушавший не мог удержаться на месте и валился от смеха на землю. Хитро прищурившись, бегая вороватыми глазами во все стороны, он смешно разводил руками, пожимал плечами, змеей крутился на месте, но сам ни разу не засмеялся. Джамуха же, не успевая вытирать слезы, обессиленно падал на бок и катался по пестрому сартаульскому ковру, исторгая из себя безудержный смех…
Хозяин, Тохурун-мэргэн, сославшись на свои немолодые годы и усталость, отдыхал в соседней юрте.
Поначалу хорошенько опохмелившийся Джамуха окончательно отрезвел от смеха и к вечеру сидел со свежей головой.
С прибытием припоздавших элджигинских нойонов начался главный разговор. В большой юрте хозяина собралось около четырнадцати или пятнадцати человек. Смешливый племянник джелаирского нойона куда-то исчез.
– Вот, ко мне приехал Джамуха-нойон, вождь джадаранов, – начал Тохурун-мэргэн, многозначительно поглядывая на остальных. – Все мы знаем, что хоть и молод он, а имеет большую силу, почет в степи, с ним дружит сам кереитский хан. И я подумал, что такой человек не будет ездить просто так, что он имеет какое-то слово к нам, потому и позвал я вас всех, чтобы вместе выслушать его.
Джамуха, оказавшись под перестрелом пристальных взглядов, едва нашел слова, чтобы выразить то, с чем он приехал.
– В прошлый раз мой анда непочтительно разговаривал с вами, взрослыми нойонами, и я хочу принести за него извинение.
– Вот! – хозяин торжествующе поднял короткий указательный палец, поводя взглядом по сторонам. – Когда молодые разговаривают со старшими, они должны показывать свое почтение! А то что это такое, не успел стать нойоном, а уже начинает поучать других, указывать, что нужно всем делать… Ведь так никуда не годится! – недоуменно развел он руками.
– Да, да, – затрясли седеющими бородами остальные, зашумели. – Все мы были возмущены этим, мы что ему, друзья-сверстники, что ли?
– Никакого уважения к людям!
– Сначала надо научиться прилично себя вести.
– Отец-то, видно, не успел научить.
– Недаром разное про него говорят.
– Выходит, не зря Таргудай держал его в канге, – качал головой олхонутский нойон, оглядывая всех. – Такого-то и надо покрепче привязывать.
– Да, Таргудая в этом, что ни говори, можно понять.
– А ты сам что думаешь про своего анду? – Тохурун-мэргэн склонился к Джамухе, доверительно посмотрел ему в лицо. – Расскажи нам про него, что это за человек?