– Тэмуджин-нойон, может быть, он пока десятником походит? – с сомнением спросил Асалху. – Парень хорош, но молод еще, поучится, а там и в возраст войдет…
– Сотником! – твердо сказал Тэмуджин. – Человек с таким умом не должен обретаться в низах, мне он нужен наверху. Сделай, как я сказал.
Озадаченный Асалху и онемевший от неожиданного великого счастья юноша разом склонили головы.
Наскоро обсудили устройство первого, пробного мешка. Тысячники и сотники прикинули нужное количество стрелков в малом кругу. Сошлись на том, что для начала надо выделить не меньше трехсот воинов.
– Посмотрим, как пройдет дело, – говорил Саган. – Неизвестно еще, как выбегут звери из большого круга.
– Да уж, это так, – почесывая лоб рукоятью плетки, соглашался Асалху. – Лучше побольше людей выделить, чтобы потом не пожалеть.
Сотники не возражали. Потом вместе обдумывали, откуда набрать воинов.
– Загонщиков из цепи снимать нельзя, – сразу сказал Асалху. – И так еле удерживают зверей.
Его поддержали остальные.
– Из запасных отрядов надо взять людей. – Сотники посмотрели на Сагана. – Больше неоткуда.
Тот развел руками.
– Сейчас могу выставить полтораста воинов, – подсчитав в уме, сказал он. – Остальные далеко, пока придут, долго ждать придется.
Тэмуджин обратился к джадаранским вождям:
– Ну а вы сколько воинов можете выставить? Сотню дадите?
– Откуда мы столько возьмем? – испуганно махнул рукой дядя Джамухи. – Они нам самим нужны.
– Ну а сколько сможете?
– Человек пятьдесят, так уж и быть, – неуверенно сказал тот. – Нукеров соберем, кое-где из цепи выдернем… Да и, если прямо сказать, ведь это ваша затея, значит, вы и должны потратиться. А если из-за этого у нас снова будет прорыв? Нет уж, мы не можем дать столько…
Тэмуджин, не дослушав, отвернулся от него, посмотрел на своих.
– Еще сотню нужно набрать.
Асалху, думавший о чем-то, опустив голову, сказал:
– Я думаю, можно сделать так: мы выведем сотню всадников из цепи здесь, а потом передадим вниз, чтобы там ввели столько же из отрядов Сагана и потеснились в нашу сторону.
– Верно! – обрадованно зашумели все. – Асалху хорошо придумал.
– Больше и думать не о чем…
– Ну, раз решили, давайте поторапливаться, – закончил совет Сарахай. – Попробуем один раз, посмотрим, как дело пойдет.
Большой облавный круг надолго застыл на месте. Над лесом вновь зависла тишина, тайга отдыхала от несмолкаемой песни охотников-облавщиков, лязга и звона железа.
Загонщики, пользуясь остановкой, отдыхали. Сойдя с лошадей, они подкреплялись походными припасами из переметных сум.
В это время неподалеку собирался трехсотенный отряд для устройства мешка-ловушки. Саган вместе с двумя сотниками спешно расставлял стрелков в малый круг – шагов в триста шириной. Те, спешившись и привязав лошадей неподалеку, за деревьями, выстраивались с луками и стрелами в руках. Вставали они плотнее, чем в большом кругу: шагах в трех-четырех друг от друга.
Расставив стрелков, ближнюю к облавному кругу сторону разомкнули и открывшуюся брешь расширили шагов на сто, вытянув оба конца по направлению к облавному кругу – получился открытый мешок с узкой, как у кувшина, горловиной. От обоих концов горловины в сторону облавного круга, от дерева к дереву, протянули веревки, пустив на это арканы, а к веревкам привязали вороньи перья, расстреливая птиц тут же, благо они в бесчисленном множестве роились над лесом. Воины, растянувшись среди зарослей двумя длинными рядами, наскоро прикрепляли перья пучками волос, отрезанными от конских хвостов и грив.
Вскоре от облавного круга к мешку образовался широкий проход, огороженный с обеих сторон густо-пестрой, дрожащей от легкого ветерка чертой, отпугивающей и без того напуганного зверя.
Когда ловушка для зверей была готова, разомкнули и большой облавный круг – в том месте, где был открыт проход к мешку, – и, расставляя от него загонщиков, вновь двинулись вперед, сужая облавный круг.
Снова взлетели свистящие стрелы, загонщики вновь заревели свою грозную песню-ехор, загремели оружием.
Звери показались за первыми же зарослями – намного ближе от того места, где их оставили, когда расширяли круг. Уходя от тесноты, они шли навстречу загонщикам. Первыми показались все те же кабаны. Они шли клином, углом вперед, будто нарочно выстроившись для прорыва. Шли они быстро, решительно пригнув головы, роя мордами снег. Впереди продвигались крупные вепри, они вели остальных, разведывая оставленное загонщиками пространство.