Светозар не стал вступать с Магнусом в диалог и продолжил задуманное.
- Теперь сходим с корабля на поляну, живо.
Пленники послушно сошли по трапу и остановились в середине поляны у к догорающего кострища сбившись в кучу.
Светозар, шел за ними. На середине трапа он услышал голос Магнуса:
- Право быть человеком нужно еще заслужить. Это не люди – это овцы в человеческом обличии. Мой товар! Я же говорил тебе, Светозар. Так, что оставь мне мое добро и ступай отсюда, пока я не передумал!
Магнус не собирался останавливать Светозара, пытаться неволить или убить. Моральная победа, которую он при всех одержал над этим русом удовлетворила его даже больше, чем его пленение или казнь.
Не обращая внимания на викинга Светозар остановился перед толпой пленников. Он снова изменил образ. Придав голосу силы, изобразив на лице всю доброжелательность на которую только был способен, он начал свою речь:
- Посмотрите на меня! Я такой же как вы, я тоже рус. Оглянитесь вокруг, вы на своей земле, и я пришел, освободить вас. Быть свободными на своей земле - это ваше право с рождения. Идите вас никто не тронет.
Некоторые из пленников все же решились кинуть беглый взгляд на своих мучителей, а после с недоверием и даже некоторой печальной укоризной посмотрели на Светозара. «И так тяжко. Зачем издеваешься?»
Светозар же не собирался сдаваться. Подойдя близко к девке с ребенком, он опустился на одно колено и взял за руку.
- Ты разве не хочешь домой? К мужу, к родичам?
По глазам он понял, что ни того ни другого у них с ребенком больше нет. Как наверно и от селения одно лишь пепелище осталось, а через годок другой и того не будет. Даже и вспоминать некому…
- Неужели ты хочешь, чтобы он, - Светозар кивнул в сторону мальца, - стал рабом? Да ты мать в конце концов или мачеха!? Кто ты?!
Светозар аж с силой стиснул зубы и сжал кулаки.
Наконец проблеск надежды и самоуважения мелькнул в ее взгляде.
Собравшись с духом, отдавая последние силы, чтобы унять дрожь в непослушных ногах, она подняла мальца трясущимися руками и сделала первый шаг к лесу. Второй, третий, дальше – более уверенные и быстрые шаги.
Светозар повернулся к остальным:
- А вы что стоите? Вы свободны, идите, вас никто не тронет.
Пленники нерешительно пришли в движение. И тут же раздался голос Магнуса.
- А вот там уже, порог моего дома заканчивается!
Один из викингов ловко метнул сулицу в спину уходящей матери с мальцом на руках. До чащи леса им оставалось не более десятка шагов…
Светозар резко отпрянул назад. Перехватил рукой в полете сулицу, чуть крутнул корпусом, плавно гася ее скорость, ловким движением кисти изменил плоскость вращения, описав круг и метнул обратно. Точно пронзив шею метателя.
- Да кто бы сомневался в этом! – приходя в ярость ответил он на слова Магнуса. – За это тебе и от меня в ответ благодарочка!
Светозар рванул по трапу на палубу. Пригнувшись, слаженно работая ногами и корпусом все больше набирая скорость.
Викинги уже грамотно приготовились встречать его строенной шеренгой, дружно стянувшись к трапу. Трое с копьями в первой шеренге, прикрывшись щитами изготовились на входе. Остальные за ними – занеся оружие на удар.
Буквально за шаг до палубы Светозар резко юркнул вниз. Покатил «бревном» под ноги ломая строй. Извернувшись резко встал, прихватив одного из воинов меж ног и за горло. Крутнул его на сто восемьдесят и воткнул головой в низ. Пнул ближайшего с левой ноги. Воин, перелетев палубу с грохотом врезался в борт и перевалившись плюхнулся в воду.
Светозар же все больше погружался в раж, при этом стараясь сохранить связь тела с разумом, чтобы не впасть в него окончательно полностью потеряв рассудок.
Раж - это то состояние, в которое переходили, обученные этому, русские ратники в пылу битвы. Когда нет страха, сомнений, а мозг и органы чувств не успевали фиксировать происходящее вокруг, но тело, слившись с духом и разумом, безошибочно реагировало на любое действие, всецело воплотившись в инструмент войны.
Светозар схватил одного из супротивников за голову и с силой впечатал лицом в мачту. Подобрав лежащий рядом корабельный канат, с тяжелы железным якорем на конце, он использовал его как оружие. В его руках, он то натягивался как струна, отбивая удары, то вился петлей охватывая тела и конечности викингов, роняя их на палубу.