Закрытая за Светозаром дверь тут же исчезла.
Лесовик присел на пол прямо посреди избы. Он возвышался до середины от пола до потолка. Из одежды на нем были короткие штаны, доходящие до лодыжек и с короткими рукавами длинной чуть выше локтя рубаха с вырезом. Одежда была из толстой конопляной нити, из которой обычно изготавливают мешковину. И такого же темного цвета. Штаны по бокам были разрезаны и стянуты накрест кожаными жилами, концы которых свободно свисали с узелками на концах. Рубаха также была разделена по рукавам и сзади и спереди посередине.
- В народе меня Леший называют или Лесовик, так и Марьяна зовет. – начал он разговор.
- Так я же не спросил ничего, - сказал Тимошка.
- По глазам вижу, о чем подумал, - пояснил тот. – Всех это интересует.
- Куда Светозар делся?
- К Марьяне конечно. Они давно знакомы. Много лет уж прошло с той поры. Как на ярмарке увидели друг друга, очами схлестнулись, так и не разорвать более эту связь меж ними.
Леший был темен кожей, как кора вербы. Цвет глаз не разобрать, как и все лицо его – сплошная игра теней, разной глубины и оттенка. Но то, что они были живые – не вызывало сомнений.
- Ты вроде человек, а вроде и нет, - поделился своими ощущениями Тимофей.
- Я ближе к растениям, а вы к животным. Если совсем просто разъяснить тебе. Мой мир – это лес. Его я знаю очень хорошо, а он меня. А облик мой меняется от времени года. Вот по весне стану светло-зеленым, как осина. А в разгар лета совсем белым, сродни березе. Да и узлов во мне больше чем в вас.
- Каких таких узлов?
- Так вот возьмем твою руку к примеру. Там у тебя три узла – где гнется она. Меж дланью и десницей, десницей и раменам. Раменам к телу. А у меня их всюду полно, как в старом вязе.
И тут он продемонстрировал свою особенность.
Вытянув в стороны руки, согнул правую в семи местах, потом пустил волну от правой длани к левой. Затем начал скручивать их и сам всем телом и конечностями связался в несколько узлов, при этом, когда разворачивался оказывался в разных местах избы.
- Что из дерева сделано, то и я принимать умею.
Лесовик исчез, а через секунду раздался его голос.
- А ну найди меня!
Тимошка осмотрел внимательно всю комнату – никого.
- Вот он я, - снова раздался голос и часть бревенчатой стены с лавкой превратилась в Лешего. Так он еще немного поразвлекал Тимошку.
- Ладно. Отдыхать тебе пора. Сил набраться.
У Тимошки и правда слипались глаза от желания спать. Но он все же спросил.
- А зачем мы кругами ходили и хлеб с молоком ставили?
- Чтобы мы вас приняли. Места эти зачарованные. Сам дороги к нам не найдешь, да и выхода тоже, если посмеешь сунутся. Если же молоко свернется – то не помочь человеку уже, если хлеб зачерствеет – то не примем мы. От ворот поворот, как говорится. Если после девяти кругов и хлеб, и молоко прежними остались, то заняты – принять не можем. Нужно на следующий день вновь прибыть. Марьяна многим людям помогла. Теперь спи. Любой разговор до утра терпит.
На этом Леший умолк и растворился в тени избы.
На следующий день Тимошка проснулся ни рано, ни поздно. В избе было светло. Он чувствовал себя отдохнувшим и полным сил, словно проспал неделю.
Лешего нигде не было и на зов он тоже не отозвался. Но минут через десять после этого пришел Светозар, а следом, спустя полчаса, Марьяна.
Она вся расцвела. Живая и задорная, необычайно веселая и улыбчивая. Осмотрела Тимошку со всех сторон и ощупала с головы до пят.
- Как ничего и не было! – подытожила она после осмотра.
- Я и не знал, что ведьмы такими бывают, - поделился своими мыслями Тимофей.
- Какими такими?
- Молодыми и красивыми.
- Да. Есть и такие, как я. А молодость свою мы с раннего взросления скрываем, к бабкам люди более привычны. Да и учтивее относятся к старикам. А правильно говорить ведунья. Но можно и ведьма – я привыкла.
- А как ты людей лечишь?
- Дар у меня по родовой линии. И обучение прошла конечно. Но за ворожбу все равно приходится платить. В этом вам больше повезло.
- А почему нам больше повезло?