…Остается лишь левый путь (если нечто неотвратимо, то надо возглавить это), и вроде шансы элиты на этом пути неплохие. Новая роботизация (големизация) снимает любые проблемы с низовым человеческим ресурсом, а векторики эйдж-реверса также снимают проблему старения и выбытия квалифицированного персонала. Проблемы энергетики и продовольствия уже, по сути, решены. Бинго! Но есть нюанс: все проблемы решаются СЛИШКОМ легко (тут Габи по памяти процитировала фрагмент из «1984» Оруэлла): …Общий рост благосостояния грозит иерархическому обществу гибелью, а в каком-то смысле и есть уже его гибель. Став всеобщим, богатство перестает порождать различия. Можно, конечно, вообразить общество, где блага доступны всем, но власть останется у элитной касты. Однако, подобное общество неустойчиво: как только люди заметят, что элитная каста не выполняет никакой практической функции, и выбросят ее. Вообще-то иерархическое общество зиждется только на нищете и невежестве…
Габи замолчала и сделала жест, означающий бы в студии завершение съемки дубля. В ответ на это генерал удивленно поднял брови, казалось, почти до середины лба.
— А где самое интересное: что дальше?
— Munu osanir akrar vaxa, bols mun alls batna, — продекламировала Габи и, насладившись удивлением собеседников (не знающих старо-норвежского языка), перевела, — взойдет урожай на полях, где не сеяли, зло станет благом… Ну, поскольку меня заподозрили в плагиате со Старшей Эдды, я решила, что финал можно взять из прорицания Вельвы о событиях, которые последуют за Рагнареком и гибелью богов вместе с великанами.
— А знаешь, — сказала Кристина, повернувшись к бывшему мужу, — она права.
— Я вижу, — согласился он, — хотя, тут снова возникает вопрос толкования.
— Минутку, Вальтер! – возмущенно воскликнула журналистка, — Как случилось, что ты задаешь вопросы, а я отвечаю? Ведь формат беседы подразумевает обратное!
— Это как? — брови генерала опять сделали попытку взлететь до середины лба.
— Это называется «интервью», причем я интервьюер, значит, я задаю вопросы.
— А-а… — выразительно протянул он, — …Извини, просто от службы в секторе активного реагирования контрразведки осталась профессиональная деформация, в силу которой я подсознательно веду любой диалог к тому, чтобы визави отвечал на мои вопросы.
— Понятно-понятно. Всегда найдется причина тиранить журналиста. Чего уж там.
— Не дуйся, это контрпродуктивно, — сказала Кристина, — тем более, Вальтер извинился.
— У меня и в мыслях не было дуться, — ответила Габи, — я лишь тактично веду разговор к прекрасной кульминации, когда Вальтер истолкует прозвучавшее пророчество Вельвы относительно мира после Рагнарека.
Возникла пауза, генерал залпом допил кофе из чашечки, и лаконично объявил:
— Шаг от цивилизации голода и прибыли к цивилизации изобилия и любопытства.
— Что-что? — изумилась Габи и, когда он повторил, попросила, — А можно детальнее?
— Да. Кстати, это давно известно. Ты сама цитировала Оруэлла. У Оруэлла даны только предпосылки, но по ним несложно сделать выводы. У общества так или иначе появится сообразная структура, иная чем лестница иерархии между нищетой и сверхбогатством. Элита может успеть сделать это, если же не успеет, то это сделают силы неравновесной термодинамики, и тогда элита удивительно быстро превратится в дым из трубы.
— Подожди, Вальтер, ты хочешь сказать, что Оруэлл ошибался? Что иерархия могла бы существовать без нищеты внизу лестницы?
— Да. Например, иерархия шоуменов разных уровней популярности.
— Это явно другое! — возразила Габи.
— Ты так уверена? — иронично поинтересовалась Кристина.
— Э-э… Гм… После твоего вопроса я уже не так уверена.
— О! Ты всего лишь не так уверена? Маловато для выпускницы Сорбонны. Неужели там будущие журналисты не изучают историю PR Красной весны в Париже?
— Блин! — Габи хлопнула себя ладонью по лбу, — Ги Дебор, Общество спектакля! У меня сейчас уши сгорят от стыда, что я забыла! Ну, точно! Власть в обществе материального благополучия это не более чем шоу! И это устраивает всех, кроме нищих. Значит, если нищих нет, то это устраивает всех… Но…
На лице ее отразились серьезные сомнения. После паузы она договорила: … — Согласится ли элита на роль шоуменов, конкурирующих за любопытство плебса?
— Одни согласятся, — сказал генерал, — ведь это хороший вариант, свидетельством чему являются номинальные монархии с номинальными аристократиями. То самое шоу.
— Ладно. Допустим, одни согласятся. А другие?
— А для других есть выход через трубу.
— Ладно, — она кивнула, — допустим, это произойдет. Элита станет артистами шоу. Но, в таком случае, у кого будет реальная политическая власть?