— Это сцинтиллант? – спросила Лола, козырнув знанием сленга гибридной кибернтики.
— Да, — подтвердил Сэто, — биоморфным роботам не в прок чисто цифровые процессоры.
Лола, глядя на игрушечную тележку с манипулятором, удивленно возразила:
— Но это вовсе не биоморфный робот.
— Настоящий биоморфизм не во внешности, а в поведении, — сообщила Мию. Еще через несколько секунд игрушка начала движение. Она поползла вдоль кучи деталей, иногда останавливаясь — будто белка в поисках спрятанных припасов. Затем она остановилась, протянула манипулятор и вытащила из кучи — кабель с унифицированными штекерами. Следующая остановка принесла 4-палый захват на шарнирной консоли и разветвитель контрольных портов. Затем разукомплектованный монтажный кейс. Затем запчасти от квадрокоптера. Затем робота-собаку — поломанного, но с целыми лапами…
…Цепочка событий действовала почти как мерцающий маятник в древнейшем методе гипноза. Чтобы гости не слишком залипли, Оохаси подкатили к точке кибер-спектакля тележку для ланча (стало ясно, почему ланч тут сервируется на мобильном носителе). Тут Рори заключил сам с собой пари: сможет ли Лола абстрагироваться от спектакля и вернуться к интервью в ближайшие 10 минут. Она смогла, так что одна половина Рори проиграла другой половине чашку саке (каковую налила немедленно).
— Ребята, — начала Лола, — вы говорили, что миссия БФМ (Бифрост — Фобос — Марс) будет запущена через 27 месяцев. Это значит: в марте…
— …13-го года Каимитиро, — договорил Сэто.
— Датировка от момента обнаружения первого зонда джамблей, — пояснила Мию.
— …Поскольку прецедент Оумуамуа так и остался под вопросом, — уточнил Сэто.
— Ух ты! — удивилась журналистка, — Ну, пусть так. А насколько вероятно ваше участие?
— Один к трем, — Мию пошевелила тремя пальцами, — есть три экипажа, из них два будут дублирующими, один полетит.
— Ясно. Тогда традиционный вопрос: не страшно ли будет лететь и наоборот, обидно ли будет не полететь?
Близнецы Оохаси синхронно улыбнулись, и покачали головами.
— Ни то ни другое! — заявила Мию, — Космические полеты были страшными во времена ненадежной техники и ненадежных организмов экипажа. Теперь многое иначе. И сами полеты теперь не станут уникальным событием. Поэтому если так окажется, что мы не летим в первый экспедиции, то ничего обидного, полетим двумя годами позже.
— За это время, — добавил Сэто, — возможно, мы впишемся в стажировку на Луне.
— А-а… — несколько растеряно протянула Лола.
— Ты забыла про Луну, — с дружеской иронией констатировал Рори.
— Да, я забыла… Черт… Действительно… А что с Луной?
— С Луной все ОК. Там функционирует примерно полдюжины потенциально-обитаемых станций, но непонятно, что там делать астронавтам. Луна экономически неинтересна до момента, когда полеты туда подешевеют еще в несколько раз. Хотя, есть план создания лунного полигона для стажировки астронавтов перед экспедициями на Марс и Цереру. Среди миллиардеров растет мода инвестировать в такие планы, значит тема реальная.
— Ладно… А Марс чем-нибудь экономически интересен?
— Марс, — сказал Сэто, — это лучшая ловушка для астероидов Главного пояса. Поскольку промышленная разработка астероидов, можно сказать, уже началась, это актуально.
— Уже началась? — переспросила Лола, — Ты про комету-мумию Оромопото, пойманную, пришвартованную к орбитанции Бифрост, и подготовленную к… Э-э…
— …Работе рудокопа, — подсказал Рори, — на Новый год там запланирована презентация загрузки полупродуктом и отправки на Землю первого космического парома-рудовоза.
Лола энергично покивала.
— Да, я на днях общалась по орбитенету с Аслауг, и она говорила про презентацию, про рудовоз, и про то, что будет круто. Но подробностей не раскрыла. Видите ли, тайна.
— Ну… — Рори улыбнулся, — …Наверное, Аслауг права. Правило новогоднего сюрприза.
— Да, наверное… Так, мы остановились на том, что Марс станет хорошей ловушкой для астероидов Главного пояса. А еще что-нибудь, терраформинг, например?
— Терраформинг идет бонусом, — ответила Мию.
— А-а… Это как?
— Это так: по мере заброски мелких астероидов и комет на орбиту Марса, а частично на поверхность планеты, произойдет добавление воды и летучих компонентов в атмосферу и, быть может, раскрутка планетарного магнето. Снова появится магнитное поле, исчезновение которого в Гесперийскую эру привело к сдуванию атмосферы солнечным ветром. Марс снова станет удерживать плотную атмосферу и тогда золотой ключик наш.
Лола снова покивала, задумалась на четверть минуты, и произнесла:
— А что если я задам вопрос, который может показаться идиотским?