— Вопросы культуры… — эхом отозвалась Кристина, фыркнула и процитировала Ханнса Йоста: «Когда я слышу о культуре, я снимаю с предохранителя свой браунинг». Нельзя сказать, что объяснения Вальтера вполне убедили ее. Из вздорности общечеловеческих ценностей по версии ООН и по версиям мировых религий не выводится автоматически вздорность вообще любых идей такого рода. Так или иначе, она решила отложить свои размышления на эту тему до разговора с Аслауг и Юлианом.
…
Означенная парочка прикатилась почти вовремя — всего на несколько минут опоздав к завершению сиесты (16:00 по обычаям Кипра). Они использовали ультра-компактные электросамокаты «японского» типа, страшно далекие от комфортности для юзера. Для людей, всего неделю назад вернувшихся с долгой вахты на околоземной орбиты и еще проходящих адаптацию, это выглядело странно. Ни Вальтер, ни Кристина не задавали вопросов об этом (мало ли какие причины у людей), но за рюмкой анисовой водки узо, поданной в качестве жесткого аперитива, гости сообщили сами:
— Видите ли, — сказала Аслауг, — биомедицина советует для адаптации сразу нагружать вестибулярный аппарат задачами на быстрый контроль равновесия. Поэтому транспорт должен быть предельно неэргономичным. Идеал: моноколесо, однако мы не решились.
— Нам, — добавил Юлиан, — не требуется особая быстрота адаптации. Тем более, что мы пробыли на Бифросте втрое дольше, чем собирались, а в таком деле почти как в скуба-дайвинге: чем дольше квест тем длиннее компенсационная процедура.
— А как психологическая адаптация? – спросила Кристина, между прочим, набросав на тарелки гостей по нескольку образцов своего кулинарного креатива.
— Параллельно, — ответил Юлиан и подцепил вилкой поджаристый кусок тунца, — когда адаптируешься к покатушкам на штуковине типа кикскутера, заодно возвращаешься к земному восприятию окружающего ландшафта и всякого такого. Если бы как в старые времена орбитальная база была с невесомостью, то получилось бы гораздо сложнее. В смысле: после 300 дней на орбите пришлось бы учиться жить как новорожденному. Но Бифрост создает существенный центробежный вес во всех обитаемых модулях. Правда типичный вес там лунный и лишь в одном спортзале земной, но этого хватает, чтобы по возвращении на Землю не чувствовать себя заржавевшим железным дровосеком.
Это был ответ не на тот вопрос, который Кристина имела в виду, но она не сообразила сходу, как переформулировать и потому машинально посмотрела на Вальтера. Вот что значит по-настоящему понимать друг друга. Он кивнул и произнес:
— Кристина имела в виду эффект лунатиков Хайнлайна.
— А! — отозвалась Аслауг и прожевала кусок креативого сэндвича с омлетом, беконом и ананасом, — Новелла «Как здорово вернуться». Да?
— Именно, — подтвердила Кристина.
— А! — повторила Аслауг и налила себе стакан вина из одуванчиков, — Надо разобраться системно. Что произошло с парочкой героев Хайнлайна, когда они прибыли с Луны на Землю. Во-первых, 6-кратная гравитация. Во-вторых, грязный воздух с неуправляемой температурой и влажностью. В-третьих, тупая публика. Причем третье главное, так?
— Именно! — снова подтвердила Кристина, — Причем публика на Земле не просто тупая, а самодовольно-тупая, мелочно-гаденькая и пронизанная дебильными предрассудками.
— А! — Аслауг широко улыбнулась, — Фокус в том, что Лунная колония у Хайнлайна это резервация университетских альпинистов.
— В яблочко! – оценил ее высказывание Юлиан.
— Будет ли теперь объяснение для землероек? — спросил Вальтер, иронично использовав унизительное прозвище землян из новеллы Хайнлайна.
Голландка снова улыбнулась и под столом ткнула своего бойфренда пальцем в бок.
— Это в каком смысле? – спросил он.
— Расскажи про парусник Asini Umbra, — сказала она, — по-моему, нет более доходчивого объяснения психики университетских альпинистов.
— Однако, заказчики были не альпинисты, а яхтсмены, — заметил он.
— Не важно, Юлиан! Дело не в способе экстрима, а в самом принципе.
— Ладно, если так… — он глотнул вина и начал историю. Несколько лет назад яхт-клуб некого университета предложил ему заказ: парусник для хождения сквозь тайфуны. Логично, поскольку Юлиан сделал ряд лодок для экстрима, включая Hvit Rev по дружескому заказу Ларса и Инге Моллен, решивших охотится на опрокидывающиеся айсберги с живой трансляцией. Это выглядело не так круто, как их новогоднее шоу в роли рудокопов на комете-мумии, однако по тем временам – вполне. Около миллиона подписчиков прилипали к экранам, когда очередная ледяная гора под ударами субантарктического шторма, раскачивалась и опрокидывалась с чудовищным грохотом, казалось, на расстоянии вытянутой руки от 40-футовой мотояхты…