Он резко нагнулся и его тело нависло над маленькой фигурой девушки. Взгляд дрожал и ножки еле еле могли удержаться от нахлынувшего чувства волнения. Рука Аластора медленно провелась по её заплаканному лицу. Убрав локон волос он прильнул к её нецелованным губам. Он облизнул их и нежно поцеловал. Грубые на ощупь руки начали проникать под кофту, и вскоре лифчик был расстегнут. Аластор начал ласкать её небольшую, но кругленькую грудь. Слегка надавливая на миниатюрные соски, продолжал мять их, нащупывая возбуждение, их набухание.
Девушка беспристрастно лежала, иногда поддёргиваясь от новых ощущений. Её губы дрожали, а глаза всё также смотрели в потолок. Хотела ли она этого?
Да, хотела, но правда не с ним.
Медленно вся верхняя и нижняя одежда слетела с неё и она лежала обнажённая. Холодный воздух не долго колол, раздевшись Ал лёг поверх неё своим горячим телом. Он продолжал свои мягкие и нежные ласки, делал всё аккуратно, очень медленно, лишь бы не спугнуть свою жертву.
Этот опыт она точно запомнит на всю жизнь.
Его возбуждённое дыхание обжигало кожу, слегка щекотало и заводило. Аластор целовал её губы, шею, грудь.. всё больше заводясь от её глубокого и нервного дыхания, которого Кира не могла сдержать. Она дрожала, как маленький и беззащитный листик, в объятиях жестокого ветра, который вот вот должен был её сорвать и унести с собой в неизвестном направлении. Руки Аластора опустились вниз, начали поглаживать её широкие бёдра. Правая рука взяла сначала одну её ручку, затем вторую, и положив их перекрещивая выше головы, прижал к кровати.
Тело Киры дрожало. Изнутри просыпалось неизвестное тепло, которое расплывалось внизу, в зоне паха желанием и страстью. Когда он резко вошёл, когда он без предупреждения сорвал лепестки хрупкой розы, Кира не смогла сдержать громкого стона. Звук своевольно вырвался из глотки и растворился. Свершилась небольшая заминка. Ошарашенный Аластор повернул к себе голову Киры в поиске страстного и похотливого выражения лица. Впервые он слышал настолько сладкий и пьянящий стон. На лице беловласки читалось нечто другое, чем похоть, скорее мучительное наслаждение: изогнутые бровки, раскрытые губы, жалостливый взгляд наполненный солёной влагой.
Он понял, она ещё та чертова мазохистка и это осознание будоражит его зверя.
Аластор не смог сдержать себя в руках и второй толчок сделал ужасно грубым, неприлично жёстким для той, кто только только лишился девственности. От него Кира закатила зрачки назад, постанывая от жгучей, но в то же время приятной боли. Её руки свершили попытку вырваться из хватки парня, тольков вот Ал не мог допустить этого. Мужские руки налились яркими набухающими венами, сильнее вжимая тонкие кисти в диван. Она не освободится, пока он этого не позволит.
Одновременно накрывая девичьи губы своими и прижимая своё мощное тело к её, он продолжил чувствительно и ритмично двигаться в ней, надавливая на внутренние стенки влагалища своим твёрдым органом. Он чувствовал её, ощущал, волновал, сливался с ней в единое целое, в единое тело.
Вздохи словно слипались со звуками шлепков, образовывая для слуха пряную усладу.
Принимая его в своё тело Кира полностью отключилась от всех своих проблем и треволнений. Всё осталось позади, за дверью этой квартиры. Благодаря нахлынувшему удовольствию она находилась всецело в настоящем моменте, утопала в нём. Голубые глазки блуждали по мужскому телу, всё вниз и вниз, в зону паха, где идёт соитие тел. Выпуская из горла очередной стон она почувствовала, как капелька интимных соков катится по её ягодицы. Внизу так мокро, горячо и пульсирует. Когда успела появиться эта влажность?
А ведь не мог Аластор на сухую войти в меня, тогда.. - подумала она, и не контролируя себя представила, как он плюнул себе в руку и размазал слюну по головке органа. Она маняще заблестела. Такая влажная, такая розовая входит в неё, раздвигает её стенки изнутри..
- Аааааааххх! - застонала Кира ужасно громко и жалобно.
Черноволосый сам еле сдержался от громких вздохов, закусив мягкую шейку. Он должен был сдерживаться, должен был, но он не смог. Ритм ускорился. Аластор вдалбливался в её щёлку, как можно быстрее, как можно динамичнее. Он отпустил её руки, которые вмиг обвили его шею, а упитанные ножки его бёдра. Девичья тушка изгибалась под ним от неимоверного удовольствия, постанывая шептала, как же ей сейчас хорошо, чтоб он не останавливался и продолжал, звала его по имени, сплеталась палящим языком в страстном поцелуе, следуя языку своего партнёра. Смачные ритмичные шлепки сопровождались стонами, которые вырывались из раскрасневшихся от поцелуев губ.