Мевор хлопнул в ладоши.
— Ага! Не зря ведь говорят, что одна голова — хорошо, а две лучше! Но… Помилуй, Тиорин, чужак ведь может и не согласиться. А Тэут-Ахи, заполучив тебя, будет просто счастлива и тем самым обеспечит надежность альянса.
— Она порой бывает не в себе… О какой надежности ты мечтаешь?
— Некоторое время она будет помнить о нашем подарке, — ухмыльнулся Мевор, — а большего и не нужно.
Тиорин попробовал приподняться, так, чтобы Мевор не заметил этой пустой, безнадежной попытки. Совсем чуть-чуть… Хотя бы голову оторвать от леденящего кровь камня… И тут же со стоном распростерся на полу. Каблук Адрейзера красноречиво надавил на ошейник.
— Лучше бы ты не шевелился, Тиорин. И, пожалуй, я прикажу перенести тебя в другое место, чтобы ты не сдох до моей встречи с прекрасной богиней пламени… Ну, а чужак… Чужак, увы, остается на потом.
Хватая ртом воздух, Тиорин лихорадочно думал. Воспоминания повисли пиявками, мутя рассудок; попасть к Тэут-Ахи вовсе не значило отдать свой огонь Бездне. Наоборот, уж она постарается, чтобы с ним ничего не случилось…
— Погоди, — он все-таки приподнялся на локте. Ошейник вмиг налился жаром; похоже, это был не просто железный обод, стянутый болтом…
— Что тебе? — Мевор удивленно приподнял брови.
— Как ты будешь искать чужака? Ты… ты не знаешь, где он, как выглядит и как его отличить от простых смертных.
Казалось, вопрос поставил Мевора в тупик. Он тяжело уставился на беспомощную, но еще пытающуюся куснуть жертву.
— Я хочу предложить сделку, — прошептал лорд Саквейра. Громче сказать не получилось, но Тиорин был уверен, что Мевор Адрейзер и так услышит все, что ему интересно, — я приведу тебя к чужаку в обмен на свою свободу.
— Ты хочешь сказать, что узнаешь его среди тысяч смертных?
— Да. Я… видел его. И знаю, где его искать… Знаю, как убить, ничем не рискуя. Так что…
Мевор прищурился.
— Сдается мне, ты лжешь.
— Ты ничем не рискуешь, — Тиорин кисло улыбнулся, — подумай об этом…
— Что, не хочешь возвращаться к Тэут-Ахи?
— А ты бы хотел? На моем месте?..
Тиорин из-под полуприкрытых век смотрел на Мевора; тот несколько мгновений раздумывал…
Знаю, как убить, ничем не рискуя.
Лоб эрга прочертила глубокая складка.
Ничем не рискуя…
Взгляд серых, с алыми искрами, глаз впился в лицо пленника, и Тиорин постарался выглядеть отчаявшимся и жалким. Не эрг, не лорд — а до полусмерти напуганный человечек, готовый лизать подошвы сапог бога огня, только бы не попадать к древней и безумной Тэут-Ахи…
— Раз уж речь зашла о чужаке, — задумчиво проговорил Мевор, — тебе не кажется, что я мог бы узнать все, что нужно, не заключая с тобой никаких сделок? Я мог бы сделать так, что ты сам будешь умолять выслушать тебя…
Тиорин позволил себе ироничную улыбку.
— Неужели ты полагаешь, что сможешь меня запугать? Право же, Мевор, я был о тебе лучшего мнения… Ты забываешь о том, кто привел меня в купели, и что было до моего рождения в мир эргов.
— Ты думаешь, что никто не сравнится с Тэут-Ахи? Ну-ну… — Мевор покачал головой и еще раз придирчиво оглядел Тиорина, — соблазно-то велик… испытать на тебе все, что мы сотворили за долгие годы покоя в чреве Шенду-ха.
Воцарилось молчание. Они смотрели друг другу в глаза, палач и жертва, и каждый понимал, что отвести взор значило проиграть.
… Мевор вздохнул.
— По рукам. Но я уж постараюсь, чтобы ты никуда не сбежал.
«Потому что все равно от тебя избавлюсь», — про себя закончил Тиорин.
Он отвернулся к стене, чтобы не видеть Мевора Адрейзера. На душе было мерзко, так мерзко, как только может быть в давно не чищеном отхожем месте. Потом тюремщик удалился, тяжело грохнул засов по ту сторону двери, и наступила тишина.
Все та же, страшная, высасывающая силы, мутящая рассудок.
— Но чем-то все равно пришлось бы жертвовать, — шепнул Тиорин в темноту, — что я могу еще сделать? Ничего.
Глава 12
В тени последней схватки
— И что мы будем делать, когда доберемся до Шенду-ха? Просто так постучимся и скажем — отдайте лорда Саквейра, который отправился к вам семерик тому назад?
Вейра пожала плечами, не оборачиваясь. Она ехала чуть впереди на Рыжухе, словно знала дорогу. Хотя, несомненно, поездка в Шеззар была для Вейры Лонс первой.
— Ты ведь даже не знаешь, там ли он…
— Мы спросим эргов, навещал ли их владыка Саквейра, — предложила она, — а если ложь будет очевидной… что ж, тогда придется пробраться в замок и выяснить все самим. Понимаешь, Ланс, если бы с Тиорином было все хорошо, он обязательно бы поговорил со мной…
Шеннит пришпорил свою лошадку, купленную в Айруне, и, поравнявшись с Вейрой, сказал:
— Я не понимаю, откуда у тебя такая уверенность. Я лишь вижу, что мы едем в Шеззар сами не зная зачем, из-за одного лишь твоего дурного предчувствия.
— Ты мог бы остаться в городе.
Вот вам и все. Ланс — уже в который раз — подумал, что нет дела более безнадежного, нежели спор с женщиной. Особенно если эта женщина — любимая.
— Расскажи мне про Миолу, — вдруг попросила Вейра, — если я — это она… Быть может, твой рассказ разбудит во мне ее память? А заодно и поможет скоротать время.
Миола…
Сердце дрогнуло и вмиг налилось сладкой болью, какая бывает только если мелкими глотками пить яд воспоминаний.
Ланс покачал головой.
— Думаю, не стоит. Да и зачем ворошить старые и сухие листья, когда на ветвях уже распускаются новые?
На этот раз Вейра обернулась и с удивлением посмотрела на него.
Вылитая Миола. Даже приподнятая и капризно изогнутая бровь — все ее, потерянное и вновь обретенное.
— Ты веришь в новую весну? — тихо спросила Вейра.
И он кивнул.
— Нет смысла цепляться за прошлое. И ты сама вспомнишь, когда настанет время.
— А если оно настанет, когда я стану древней старухой? — она вдруг улыбнулась, — то-то смеху будет…
— Даже если и так…
Потом они долго ехали молча, по широкому торговому тракту, ведущему на юг. Хладник шлепал по спине мягкими ладонями, ерошил волосы и трепал полы плащей.
— Все-таки это неправильно, — пробормотала Вейра, — ты любишь не меня, а Миолу.
— Ты же и есть Миола, — поправил Ланс, — и значит, я люблю тебя.
— Глупо… — девушка провела пальцами по отрастающим ярким локонам, — почему ты такой, Ланс? Что бы ты подумал, если бы я, к примеру, сказала «люблю не тебя, но ты есть кто-то, кого я любила, а потому все-таки люблю тебя»?
— Я был бы счастлив. Потому как это все равно, что меня. Законы сущего гласят, что нет конца воплощениям, и одна и та же смертная душа может воплотиться во множестве подобных тел. А еще в некоторых древних текстах говорится, что сущее похоже на застывший в бесконечном мгновении ливень, где каждая капля — целый мир. И не было в начале времени одиноких миров, и сотворено было каждому миру по брату-близнецу. Велик был замысел Творца, и полагал он, что из двух миров один будет другому тенью и отражением… Но потом запутался Творец и, разгневавшись, перемешал Сущее. Так были разделены навсегда миры-близнецы. …Но даже спустя эоны времени их судьбы схожи. А избранные смертные, пройдя свой путь в одном из миров, вновь рождаются в мире-близнеце, чтобы, не помня себя, прожить отпущенный срок заново.
Вейра фыркнула и скривилась, но ничего не ответила. Так и молчали до самого вечера, и Лансу было немного неприятно — потому как наверняка все это время его любовь думала о лорде Саквейра…
Сложная ситуация, не так ли, Ланс? Та, что судьбой предназначена тебе, похоже, все-таки неравнодушна к другому. Что ты будешь делать, если она не захочет покидать эрга?
Они развели костерок и, пока огонь жадно облизывал еловые ветки, расседлали и стреножили лошадей. Затем Вейра принялась раскладывать на полотенце съестное, а Ланс установил котелок и быстро наполнил его водой. Естественно, сотворив ее на месте…