Всё что я могу, это пообещать тебе вернуться назад несмотря ни на что.
— Хорошо… я всё понимаю. Только…
— Что такое? Ну же, не стесняйся говорить обо всём что тебя беспокоит.
— Да нет. Не обращай внимания, это просто женские страхи. Когда ты рядом, я всегда чувствую себя в полной безопасности. И мне вдруг стало жутко представить, что тебя не будут рядом пару лет…
— Прости… ты же знаешь, я и правда не могу остаться в стороне. Это дело слишком важно для нас. А серьёзный боевой опыт и опыт командования есть только у меня. Но я знал, что ты об этом скажешь, вот почему я приготовил подарок.
— Подарок?! Что за подарок? — Ятиме отстранилась, с волнением поглядев на мужа.
«Какие же девочки… девочки!» — усмехнулся про себя Лютый, по-доброму улыбнувшись в ответ. Рога его покраснели на мгновение, после чего послышался треск на границе огромного живого вольера. Кто-то ломился сквозь переплетение колючих кустов! И если учесть, что их шипы были укреплены нитрид-титаном, то зверь был явно непрост.
Дети тоже услышали, что происходит что-то новое, поспешив к источнику шума. Благо инстинкт самосохранения у них был развит не по годам, так что малышня не старалась лезть вплотную к неизвестной угрозе, держась на почтительном расстоянии. Кое-кто даже затаился, спрятавшись в складках местности и траве.
Лютому как отцу было весело наблюдать за такой реакцией ребятишек.
— Боги, что это?! — Ятиме вскочила с его колен, как только на поляне показался когтистая клешня восьмиметрового гиганта. Её тело напряглось, манипуляторы вздыбились, а вокруг тела завертелась зелёная дымка силы жизни и смерти.
Свирепая самка была готова уничтожить любого, кто угрожает её потомству!
Как ни странно, но и это сторону своей женщины, Лютый безумно любил.
Тем не мене пока не случилось непоправимого, он вышел вперёд, выставив руку с раскрытой ладонью перед собой. После чего с наслаждением любовался как послушный солдат его новой армии прильнул к ней, едва не задев его своими рогами. Для этого ему пришлось даже повернуть свою могучую шею, дабы нижний рог не касался земли и не проткнул самого Лютого.
Огромный, могучий, и невероятно прочный Сефирот!
«Десять божественных ипостасей, опосредующих акт творения!» (с)
Существо, созданное с единственной целью — ВОЙНА!
Результат месяцев работы всех его людей, вложивших свои знания и надежды в первую партию солдат новой цивилизации.
— Божечки… Что это за ужас? — вскоре Ятиме тоже была недалеко, с подозрением глядя на слепое чудовище. — И почему у него нет глаз? Он вообще что-нибудь видит?
Несмотря на то, что её ограда только что была прорвана, на антрацитовом теле зверя не было заметно ни единой царапины. Нитридтитановые шипы так и не смогли порвать даже самый верхний слой его защиты. А ведь даже панцирники не совались в эти кусты, боясь содрать свою шкуру.
— Он не имеет органов зрения. Вместо этого сефирот использует эхо локацию и ощущение тепла своих целей. Ну и обоняние конечно. Отсюда этих органов не видно — фронтальная проекция имеет максимальную защиту. Даже тяжёлый пулемёт не возьмёт… Иди сюда. Прикоснись к его голове.
Ятиме хоть и боялась подходить, но мужа ослушаться не посмела. Протиснулась мимо острых вершин двух рогов, после чего положила руку на прохладный панцирь чёрного зверя.
— Его тело имеет обе части половой системы — и мужскую и женскую. Он гермафродит. По своей сути она близка к насекомым и ящерам. Панцирь его при этом имеет в своей основе инструментальный стальной сплав Р6М5, во всяком случае по составу и физическим свойствам. Дополнительно он покрыт углеродистой плёнкой, что и придаёт зверю матовый чёрный цвет. Во время роста ему требуются как простое железо, так и вольфрам, ванадий, кремний, медь, хром и марганец в заметных количествах. Это наряду с обычными источниками питания, характерными для крупного хищника. А потому их размножение весьма ограничено. Как только взрослая особь находит источник этих элементов, она откладывает достаточно личинок, чтобы те смогли выжить и развиться в одну-две взрослых особи. Для восстановления брони и целостности скелета они также могут поглощать неорганические соединения — тройной ряд зубов, меняющихся каждые пару лет, позволяет измельчать любые объекты.