Глава 23
Джемре
9.08.2025
Дорогой дневник, оказывается, любовь может причинять такую боль, что становится трудно дышать. Кажется, я совсем обезумела, ведь всё это время встречалась с женатым мужчиной.
Почти четыре месяца он ухаживал за мной, дарил цветы, возил на свидания, держал меня за руку, согревал по ночам, а потом возвращался домой к своей жене. Когда мы познакомились, он представился Ардой Текином, и у меня не возникло ни единого повода усомниться в его словах. Но несколько дней назад мы встретили в ресторане его знакомого, который удивлённо посмотрел на него и спросил, где Назлы. Тогда я ещё ничего не поняла. Лишь позже выяснилось, что Назлы — его жена. Чёрт возьми… его жена. И у них есть сын.
Сейчас, пока моей соседки Афры нет дома, я наконец могу спокойно плакать и не делать вид, что со мной всё в порядке. Я не хочу быть любовницей женатого мужчины.Сегодня он написал мне сообщение. Просил выслушать, говорил, что уже давно хочет развестись, что они с Назлы много лет живут как соседи, а вместе их держат только общий ребёнок и семейный бизнес. Он просил поверить ему, и, наверное, любая разумная девушка после такого просто заблокировала бы его.
Но вместо этого я полезла искать информацию о нём.
Арда Ирэн.Приёмный сын семьи Туран.
А Назлы Туран — его жена и, если я всё правильно поняла, тоже приёмный ребёнок этой семьи.
Аллах…Слёзы снова обжигают мои глаза. Мне так больно, что кажется, будто сердце сейчас разорвётся, но хуже всего то, что я ничего не могу с собой поделать.
Я люблю его.
Люблю человека, который оказался чужим мужем, и от этого ненавижу саму себя. Он показал мне, какой может быть настоящая забота. Рядом с ним я впервые почувствовала себя любимой женщиной. Он относился ко мне так бережно, словно боялся причинить боль, смотрел так, будто кроме меня больше никого не существовало, и теперь я не представляю, как после всего этого заставить себя забыть его.
Во мне будто живут два разных человека. Один твердит, что нужно поставить точку, потому что я никогда не стану разрушать чужую семью, а второй отчаянно цепляется за каждое его слово, за каждое сообщение и за каждое обещание, что однажды всё изменится.
В конце концов я не выдержала и написала ему всего одну фразу:
«Мы сможем быть вместе только тогда, когда ты разведешься».
Не знаю, хватит ли мне сил сдержать собственное обещание.
Глава 24
Тайлан
Одиночество — это спасение или пропасть?
Я сам уже не знаю.Когда-то всё в моей жизни было проще. Я умел отключать чувства, смотреть на мир холодно и чётко, будто через прицел, и не сомневаться. И главное — не привязываться и никого к себе не подпускать,но теперь всё иначе.В моей жизни появилась женщина, которая буквально перевернула мой мир, нарушила мой порядок и затмила разум.И теперь я думаю уже не о том, как выжить самому, а о том, как вытащить её, даже если ради этого придётся самому войти в огонь.Мысли прервал полицейский, открывший мою темницу.
— Выходи, — коротко сказал он.
Меня вывели из камеры и отвели в кабинет комиссара.Он даже не пытался скрыть раздражение. Выглядел так, будто его личная победа прямо сейчас уходит у него из рук.
— Появились новые улики. Мы тебя освобождаем, Тайлан Туран. До выяснения обстоятельств. Но город покидать нельзя.
Но я только спокойно и устало улыбнулся.
— Нашли убийцу?
Он раздраженно отвел взгляд.
— Это уже не твоё дело.
— Тогда прощайте, комиссар.
Я поднялся и вышел.В коридоре мне пришлось подписать пару бумаг, после чего мне вернули личные вещи — телефон, часы и кошелёк.Подняв голову, через стеклянную перегородку я увидел Эмира и Азиза.Они стояли и о чём-то напряжённо разговаривали, но стоило мне подойти ближе, как оба заметно напряглись.Я нахмурился.
— С возвращением, брат, — сказал Эмир.
Я спокойно посмотрел сначала на одного, потом на другого.
— Вы будто не рады меня видеть.
Они переглянулись, и по их лицам было слишком заметно, что они что-то скрывают от меня, а я ненавижу, когда от меня что-то скрывают.И это начало меня раздражать.
— Что случилось?
Азиз коротко вдохнул, будто собирался сообщить что-то плохое.
— Брат… я даже не знаю, с чего начать.
Я посмотрел на него исподлобья и тихо сказал:
— Не выводите меня. Просто скажите, что случилось. А потом мы поедем поздравлять окружного прокурора с тем, что он меня освободил.