— Если бы ты знала какая, Афра… Если бы только знала.
Он отвёл взгляд на секунду, а потом снова посмотрел на меня и уже сквозь зубы продолжил:
— Если бы у этого урода не было нужной информации по поводу Воронцова и его партнёра, и если бы сейчас не оказалось, что стрелок Аслана и тот самый партнёр Воронцова связаны между собой, я бы прирезал его прямо там.
Я буквально опешила от этой неожиданной честности Тайлана и вдруг тихо произнесла, а он всё это время продолжал смотреть на меня, тяжело дыша от своей злости:
— Я тебя не понимаю, Тайлан.
Я покачала головой и продолжила уже тише:
— Ты сначала отвозишь меня в загородный дом, мы проводим вместе прекрасное время, потом тебя сажают в тюрьму, и я, как любящая женщина, делаю всё, чтобы тебя спасти, а в ответ получаю только холод и полную отстраненность, потому что ты даже не смог поддержать моё решение.— Я посмотрела ему прямо в глаза и было отчетливо заметно, как он напряжен.— А сейчас, после того как ты сам так холодно со мной поступил, ты вдруг решил показать мне свою неадекватную ревность?
На этих словах он вдруг отвернулся к рулю так резко, будто я действительно его ударила.И между нами повисло густое молчание.В моей крови будто тоже бушевал адреналин.И вдруг Тайлан сказал то, от чего я просто опешила.
— Я никогда ни к кому так не привязывался, как к тебе, Афра.
От неожиданности я слегка наклонила голову набок.Он поднял взгляд, и впервые мне показалось, будто ему действительно неловко говорить о таком, будто каждое слово даётся ему тяжело, но он всё равно посмотрел мне прямо в глаза и продолжил:
— Ты знаешь, сколько ночей я просидел в своём дурацком кабинете, думая о том, что вообще чувствую?
Я глубоко вдохнула и задала тот самый вопрос, который мучил меня уже долгие месяцы:
— Тогда почему ты не можешь признаться в том, что чувствуешь, Тайлан?Почему ты не можешь,просто, поблагодарить меня за помощь?
Он замолчал.А потом тихо сказал:
— Потому что… я боюсь.Я к такому не привык.
У меня сам собой вырвался истеричный смешок.Я посмотрела на него и спросила:
— И поэтому ты решил просто взять и оттолкнуть меня?
Я демонстративно захлопала в ладоши.
— Браво, Тайлан.
И только потом поняла, что по щекам уже текут слёзы.Кажется, начиналась истерика, которую я уже просто не могла контролировать.Тайлан будто сразу это почувствовал.Он повернулся ко мне, наклонился ближе, поймал моё лицо ладонью и притянул к себе.Он поцеловал меня так отчаянно и так страстно, будто в этом поцелуе были все его недосказанные признания, всё то, что он так долго не мог произнести словами.И я ответила ему,хотя внутри всё ещё был ураган.Но в этот момент между нами будто исчезло всё остальное — его холод, моя злость, страх, эти бесконечные недосказанности.И я поддалась ему, потому что, несмотря на всю боль внутри, мне вдруг показалось, что именно сейчас я впервые вижу настоящего Тайлана.
Наши губы разъединились, и он прислонился своим лбом к моему лбу, а потом тихо проговорил:
— Для меня никто никогда такого не делал, Афра.
Я посмотрела на него и искренне спросила:
— Какого такого, Тайлан?
Он помолчал секунду, а потом так же тихо ответил:
— Никто так отчаянно не пытался вытащить меня из тюрьмы, жертвуя собой.
Я медленно отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.
— Тайлан… разве так не поступают люди, которые любят?
Ох, Аллах,кажется, я только что призналась ему в любви.И почему-то меня сейчас совсем не волновало, что сказала это первой.Меня волновало только одно — Тайлан правда не понимал, насколько он для меня важен.Он смотрел на меня молча.В его взгляде было что-то непривычное, будто он впервые услышал мысль, которая никогда раньше не приходила ему в голову.А потом тихо сказал:
— Я просто привык решать свои проблемы сам.
Я несколько раз моргнула, а потом неожиданно усмехнулась.
— Ну тогда с почином тебя.
Он нахмурился и непонимающе посмотрел на меня.
Я тихо рассмеялась и пояснила:
— Русские так говорят. «С почином» — это значит поздравляю с первым разом в чём-то новом. Так что поздравляю. Похоже, впервые в жизни кто-то решил твою проблему за тебя.
Его губы едва заметно дрогнули.Он снова притянул меня ближе, но потом вдруг отстранился и неожиданно достал из-за пояса пистолет.Я непонимающе посмотрела сначала на него, потом огляделась вокруг и только сейчас поняла, что мы вообще стоим посреди дороги.Я сразу возмущённо сказала:
— Тайлан, убери оружие, мы вообще-то в центре города.
У него появилась эта наглая ухмылка.
Он спокойно положил пистолет в боковую дверь машины и сказал: