Он даже не моргнул.Только усмехнулся и сказал:
— Ты действительно думаешь, что так просто получишь ответы? Пусти мне пулю в голову — я всё равно ничего не расскажу.
Он отвернулся от меня.Теперь пришла очередь улыбаться мне.
— Значит, не будешь говорить?
Он снова рассмеялся.
— Да мне похрен, что ты меня убьёшь. Можешь пытать. Я тебе что, крыса?
Голос его звучал уверенно.Неплохо.Я едва заметно усмехнулся, медленно поднялся со стула и подошёл к стене.Потом взял лежавшую там кувалду.И, возвращаясь обратно, спокойно сказал:
— Значит, поиграем.
Его глаза как будто потускнели, но он не подал виду.А я повысил голос и буквально прорычал ему:
— Повторяю вопрос в последний раз. Кто приказал убить Аслана Кашьюла?
И снова молчание.Я завёл кувалду за себя, а потом со всей силы ударил.Он резко вскрикнул от боли, дёрнулся на стуле и стиснул зубы.Теперь страх в его глазах уже невозможно было скрыть.Но я видел — этого было мало, чтобы он заговорил.Поэтому в следующий удар я вложил ещё больше силы.Он резко дёрнулся, задрожал и сорвался на крик.Этот звук эхом прокатился по подвалу, отражаясь от бетонных стен.На секунду показалось, что его услышит весь Стамбул.Теперь в глазах моего пленника не осталось той дерзости — там был только чистый страх.Я прищурился и слегка склонил голову набок, внимательно изучая его, а потом снова завёл кувалду, собираясь нанести третий удар, но вдруг он заговорил.
— Это был Чар Карачайлы, — сказал он, корчась от боли и пытаясь связать слова в предложения.
Значит, Чар Карачайлы.
Я знал этого человека и знал очень хорошо, ведь это был самый известный киллер в Стамбуле. Но о нём ничего не было слышно уже долгие годы, а последнее крупное дело, которое ему приписывали, — убийство замминистра, после чего он просто исчез.
— Но какие у него были счёты с Асланом? — спросил я.
Парень продолжал корчиться от боли, его будто начали бить судороги, но всё же он заговорил:
— Я не знаю, какие счёты, но стрелял он и приказал убрать всех, кто был в доме. Там была девчонка, она убежала в лес. Мы её искали, а потом узнали её адрес…
Он резко замолчал, будто только сейчас понял, что именно произнёс.А у меня перед глазами сразу всплыла картина — Афра в истерике после того, как нашла свою подругу с пулей в голове.
— И вы убили девчонку? — задал я логичный вопрос.
Парень тяжело сглотнул, а потом нервно усмехнулся, словно снова пытался спрятаться за привычной мерзостью.
— Когда мы приехали, она уже была мертва. Возможно, Чар сам доделал это дело.
Я нахмурился и продолжал пристально смотреть на него, но он всё равно продолжил:
— Мы даже не стали за ним убираться. Подумаешь, какая-то шлюшка.
После этих слов в моей голове будто что-то щёлкнуло.И я нанёс тот самый третий удар.Стул с грохотом перевернулся, а потом я наносил удары ещё и ещё, пока передо мной не осталось просто одно сплошное месиво.Я смотрел на неподвижное тело и медленно вытирал кровь со своей шеи и лица, чувствуя не злость и даже не ярость.Я чувствовал справедливость.Я бросил кувалду, и она с грохотом упала на пол.А потом развернулся и пошёл к Азизу, который стоял всё так же, держа в пальцах сигарету.
— Дай мне одну, — сказал я.
Азиз вопросительно посмотрел на меня.
— Ты же бросил.
Я вскинул брови.
— Да, бросил.
Он молча протянул мне сигарету.Я достал из кармана брюк зажигалку, которую всегда носил с собой. Это было ещё одно напоминание об отце — когда-то он подарил её мне.Поджёг сигарету и сделал глубокую затяжку.Дым проникал глубоко в лёгкие, и я чувствовал, как напряжение понемногу отпускает.
— Значит, Карачайлы снова в деле, — задумчиво сказал Азиз, покуривая.
Я повернулся к нему.
— И нам нужно найти этого ублюдка, даже если он всего лишь пешка.
Азиз стряхнул пепел и посмотрел на меня.
— Ты же знаешь, Тайлан, это будет непросто.
Я снова поднёс сигарету к губам и затянулся.А потом спокойно сказал:
— Для нас нет ничего невозможного, Азиз. Мы и не такие проблемы решали и не таких людей из-под земли доставали.
Азиз усмехнулся и затушил сигарету.Я, докурив, сделал то же самое.
— Я подниму людей, — сказал Азиз. — Проверим его старые маршруты. Ты же помнишь, что самое громкое его убийство — это убийство замминистра. И после этого его никто не видел.
— Знаю, Азиз. Мы столкнулись с сильным врагом, но самое страшное — мы даже не знаем, кто он. И Чар — это просто одна из пешек.
Азиз кивнул.Он всё прекрасно понимал, ему не нужны были никакие объяснения.
Мы вышли из подвала, и я уже собирался идти в дом, когда взгляд случайно поднялся к окнам второго этажа.И, конечно же, именно одно окно привлекло моё внимание — комната Афры.Шторы были слегка приоткрыты, и на секунду мне показалось, что она стоит у окна и смотрит вниз, но через мгновение силуэт исчез.Странная она девчонка.Любой другой на её месте уже бы сломался, рыдал от страха или попытался сбежать.А Афра вместо этого спорила со мной, задавала слишком много вопросов и продолжала смотреть так, будто пыталась увидеть за мной что-то человеческое.Я хотел зайти в дом через главный вход, но потом подумал, что там может сидеть мать или сестра, и если они увидят меня в таком виде, заляпанным кровью, то начнётся вынос мозга, расспросы и истерики.