В уголках его губ появилась едва заметная усмешка.
— Мне ещё никто не ставил диагноз, Афра Демир.
— Значит, я буду первой, Тайлан Туран.
Потом он отвёл взгляд куда-то перед собой, провёл ладонью по лицу и сказал:
— Если Эмир услышит про синдром главного героя, он не заткнётся до конца жизни.
— Значит, не будем ему рассказывать.
Только тогда я обратила внимание, что наши руки всё ещё были сплетены. Я сжала его руку крепче и посмотрела на него.
— Серьёзно, Тайлан. Пора открыть своё сердце, как бы тяжело это ни было.
Он посмотрел на меня, но ничего не ответил. А потом поднялся и потянул меня за руку, которую всё ещё держал в своей.
— Пойдём тогда ко всем.
Я кивнула, и мы направились туда, где сидели остальные Тураны.Когда Эмир увидел нас, он быстро подошёл.
— Брат, пока к Назлы никого не пускают, а мать хочет остаться здесь до утра.
Тайлан посмотрел на мать, которая сидела рядом с Фериде.
— Удвойте охрану палаты и присматривайте за ними. Пусть Фериде останется с матерью.
Эмир кивнул.
— Хорошо.
Потом Тайлан поговорил с врачом. Он сказал, что Назлы дали сильное лекарство и в ближайшие часы она будет спать. Поэтому нас заставили уехать хотя бы ненадолго и отдохнуть.Но после этой ночи слово «отдых» звучало почти как издёвка.
Когда мы сели в машину, Тайлан был погружён в свои мысли и за всю дорогу не произнёс ни слова.А когда мы приехали домой, я и вовсе потеряла его из виду.Я зашла в спальню, меня уже ждала Мирай. Она нервно ходила из стороны в сторону, скрестив руки на груди, и вспыхнула сразу, как только за мной закрылась дверь.
— Ну наконец-то! Ты хоть понимаешь, что происходит?
Я устало прислонилась к двери.
— Мирай, мне сейчас не до разговоров.
— Ах, тебе не до разговоров! — повысила она голос. — В этом доме стреляли в женщину, Афра! Ты вообще слышишь себя? Ты больная? Во что ты ввязалась? Я знаю тебя слишком долго. Помнишь того парня, который в школе связался с наркотиками? Ты тогда даже рядом с ним стоять не хотела. А сейчас собираешься замуж за мужчину, у которого, скорее всего, руки по локоть в крови.
Она нервно провела рукой по волосам и посмотрела на меня так, будто вообще перестала узнавать.
— Эта семья очень богатая, и у них много врагов.
Мирай резко усмехнулась.
— Чушь. Это не просто богатая семья, Афра. Это мафия. Самая настоящая. Ты что, из меня дурочку делаешь?
Я медленно опустилась на кровать, чувствуя, как усталость окончательно навалилась на меня.
— Я поэтому и не хотела, чтобы ты приезжала, Мирай. Ты не поймёшь.
Она подняла руки в знак капитуляции.
— По-моему, ты просто спятила, Афра. От любви или от страха — это уже неважно. Но я это так не оставлю.
Она резко направилась к двери, а потом так сильно хлопнула ею, что, казалось, стены содрогнулись.
И я осталась одна в этой тяжелой, давящей тишине.
Мирай не понимала. Наверное, это было даже хорошо, потому что, если она узнает правду, то обязательно всё расскажет отцу. А я не была к этому готова. Его и так подкосила смерть мамы. Он будто постарел за одну ночь.Если она ему всё расскажет, это будет крах. Больше всего на свете я не хочу причинять боль своим близким. И оттого, что Мирай вообще сюда приехала и так реагирует, мне на душе неспокойно.Я подошла к окну и обхватила себя руками. За окном уже был рассвет, но эта ночь всё никак не выходила из головы.Мне было так жаль Назлы. Она не заслужила того, что происходит в её жизни. Не заслужила потери ребёнка и такого гулящего мужа.Я прикрыла веки, думая о том, что могла рассказать ей правду. Но, возможно, эта правда ей не была нужна. И поэтому я всё ещё молчу.Я развернулась и пошла к кровати. Нужно заставить себя поспать, а потом я снова поеду к Назлы.Я ворочалась около часа, но всё-таки уснула.
Проснулась уже ближе к полудню от тяжести в теле и неприятной сухости во рту. Несколько секунд я просто лежала, пытаясь понять, где нахожусь, а потом воспоминания навалились тяжёлой ношей.
Выстрел. Ранение Назлы. Больница.
Я медленно села на кровати и провела ладонями по лицу. Надев халат, первым делом пошла проверить Мирай. Может, она уже не спит, и тогда я поговорю с ней, потому что вчера мы расстались на плохой ноте.Зайдя в её комнату, я увидела, что она всё ещё спит, свернувшись калачиком под одеялом. Тихо закрыв дверь, я направилась на кухню, потому что мне очень хотелось пить.
Вдруг послышались голоса — мужской и женский. Они разговаривали на повышенных тонах, и доносились они из комнаты Назлы.Я пошла на звук.Остановившись около приоткрытой двери, прислушалась.
— Она была беременна. Я даже не знал об этом, — тихо произнёс Арда.