Поднявшись на второй этаж, Новиков постучал в четвёртую квартиру. Ответа не последовало, пришлось стучать ещё раз и прислушиваться. Изнутри доносилось множество голосов, мужской и несколько женских.
Новиков хотел было войти, но подумал, что это невежливо. Даже если учесть, что он — новый жилец этой квартиры. Осмотрел добротную деревянную дверь и стену. Ни одного звонка. Обернулся, изучил вход в соседнюю квартиру. Обычный звонок у косяка деревянной лакированной двери.
Снова вернулся к своему новому жилищу. Треснул кулаком по двери со всей силы, и она мигом отворилась.
— День добрый, — прокричал Новиков, переступая порог.
— Ой, здравствуйте. — Молодая светловолосая женщина в блузке и тёмной юбке вышла из большой светлой комнаты. — А вы к кому?
— Я — капитан Новиков…
— А, новый жилец. Здравствуйте. Я — Света, ой, простите, Светлана Георгиевна. — Соседка протянула Новикову маленькую аккуратную ладошку. — Проходите, проходите, ваша комната готова.
Новиков закрыл за собой дверь.
— Вот ваш крючок. — Света указала на пустой крючок на общей вешалке. На других местах висели куртка и летний женский кардиган, на полочке для шляп лежал одинокий вязаный берет, а вот внизу выстроились мужские ботинки и несколько пар женских туфель.
— Спасибо, — улыбнулся Новиков, разуваясь. Хорошо, что прихватил из старого общежития домашние тапочки.
— Так, гардероб я вам показала, есть ещё встроенный шкаф, там у нас верхняя одежда. Полки в холодильнике и ванной подписаны, ваши ключи у Жанны Сергеевны, она у нас вроде старшей по квартире, — рассказывала Света. — Каждый убирает свою комнату сам, общие места убираем по графику. Да, про приказ по экономии вам уже рассказали?
— Что? — перепросил Новиков, поднимая взгляд от тапочек. — Какой приказ?
— По городу действует приказ об экономии ресурсов. То есть, воды и электричества. Это летом, зимой ещё дрова бережём. Вы же в курсе главной директивы партии: экономика должна быть экономной! Так вот, вместо душа и ванн у нас баня, свет после наступления темноты включаем только в общей комнате. Пойдёмте, покажу. — Света, увидев, что новый сосед переобулся, сделала приглашающий жест рукой. — Да, вот ещё что. После мытья посуды и умывания воду не выливайте — оставляйте в тазу. Мы ею потом цветы поливаем.
Вслед за Светой Новиков прошёл в просторную комнату с массивным резным буфетом, кожаным диваном с высокой спинкой, книжными полками и большим круглым столом под оранжевым абажуром. За столом сидело и стояло несколько человек, которые разом обернулись к визитёру.
— Новый сосед, — представила Новикова Света.
Новиков, сделав лицо попроще, снова громко назвал свои фамилию-имя-отчество и звание.
— А, сыщик. — Пожилая женщина в очках на цепочке, что сидела с вышивкой у окна, поднялась и достала из кармана коричневого платья с кружевным воротником ключ. — Вот, это вам. Два ключа — один от общей двери, другой от вашей комнаты.
— А почему звонков нет? — спросил Новиков, принимая маленькую связку.
— Так ведь у нас все свои, — улыбнулась женщина. — Без стука входят. Ой, я же не представилась, как невежливо. Я — Жанна Сергеевна, работаю в школе учителем математики.
Новиков пожал протянутую морщинистую руку.
— Новиков. Сергей Петрович. Очень приятно.
Из-за стола поднялся высокий парень — кудрявый блондин с детским лицом и глазами хищника.
— Артём, — просто представился сосед. Ясно, это тот самый сотрудник конторы Зыковой, устроенный на «зону».
Но в общем зале находились ещё двое.
— Ой, давайте я вас представлю, — проговорила Жанна Сергеевна, поправляя очки. — Это Кристина, наша соседка. Она художница, и почему-то решила меня нарисовать.
К Новикову обернулась девушка, стоявшая у мольберта. Медово-каштановые волосы, большущие глаза: один тёмный, другой — зелёный. Кожа белая, как будто фарфоровая. Как там сказала Зыкова? Очаровательный ребёнок, способный снять погоны.
Новиков изобразил вежливую улыбку и протянул художнице руку. Кристина глянула на его ладонь, у неё дрогнул уголок губ. Почему-то в этот момент все уставились на них. Новикову даже показалось, что соседи затаили дыхание. В следующий момент стало ясно, почему.
Кристина держала кисточку в левой руке, правую не было видно за накинутой на плечи кофтой. А Новиков, правша, как раз раскрыл для рукопожатия правую ладонь. Пока Кристина медлила, незнакомая девица, сидевшая за столом, смотрела на неё хищно, даже как-то злорадно.