— Ну… — докторша задумалась, потом медленно кивнула. — Да, было дело. Приходила к кому-то. Навещала подружку. Ну, потом чаю зашла попить. Потом стала расспрашивать, что и как, сказала, может, пойдёт в медучилище. Я ей тут всё показала. Но я же не знала!
Новиков открыл дверь в палату с целью провести первый допрос. Но оказалось, что вошёл только для того, чтобы Герда витиевато послала его в известном направлении. Отвечать на вопросы она упрямо отказывалась.
Даже прибывший на следующий день адвокат, когда вышел в коридор после беседы с ней, только повёл глазами.
— Кошмар, какой кошмар, — бурчал пожилой адвокат, убирая бумаги в кожаный портфель. — За что мне это на старости лет? Ну за что? Год до пенсии!
И юрист засеменил прочь от тюремного лазарета, куда рано утром перевезли пациентку «номер один».
— Да, трудно будет. — Зыкова крутила в руке папиросу, глядя вслед адвокату.
— Вы бросаете курить? — наконец спросил Новиков.
— Пытаюсь, — криво улыбнулась Зыкова. — После той пробежки в лесу, когда вы избушку спалили, решила, что надо бы здоровье подтянуть.
— Похвально, — сказал Новиков, открывая перед Зыковой дверь.
Они вышли на улицу.
— Вы про старшую Вислогузову слышали? — спросила Зыкова, шагая в ногу с Новиковым.
— Что она уже написала куда только можно? Слышал.
— Не только это. Тут такое дело, — Зыкова снизила голос до шёпота. — Она встала на учёт в женскую консультацию.
— Серьёзно? — опешил Новиков.
— Угу, — кивнула Зыкова. — Но это ещё не всё. Сразу после этого наш любезный друг, директор Дома культуры, взял расчёт и слинял из города.
— Вот это поворот, — проговорил Новиков. — А как его отпустили? Он же под надзором.
— Так у него как раз испытательный срок закончился.
Из лазарета Новиков поехал на службу, где его, как оказалось, ждал свидетель. Франтоватый молодой человек с красивыми усиками, бакенбардами и в шёлковом шарфике.
— Я продавец в галантерейном магазине, — представился парень, усаживаясь на предложенное Новиковым место и закидывая ногу на ногу. — Я живу и работаю в Горьком, и мы все в ужасе от этой истории. Я прочитал обо всём в газете и не мог пройти мимо, — он закатил большие глаза. — Дело в том, что эта девица, ну, которая чупакабра, покупала у нас опасную бритву. Я её очень хорошо запомнил, и когда увидел фотографию в газете, моментально узнал.
— Подробнее, пожалуйста. — Новиков положил перед собой лист для протокола.
— Так, пишите. Она как-то зашла к нам весной, спросила, можно ли купить бритву. Вроде как хотела сделать подарок отцу. Вот я ей и продал одну — тонкое лезвие, зелёная пластмассовая рукоятка под мрамор.
Новиков достал из сейфа найденную в скворечнике бритву:
— Эта?
— Точно, она, — закивал парень.
— Спасибо большое. Вы нам очень помогли. — Новиков подвинул протокольный лист, чтобы парень его подписал.
Одной загадкой меньше, — размышлял Новиков, когда свидетель ушёл. Хорошо, когда люди сами приходят и всё рассказывают. От врачей-гинекологов он, например, так ничего и не добился. Упёрлись в то, что ничего о нелегальных абортах не знают.
А иногда улики остаются на самых видных местах. Как дождевик Герды, который она отмывала с хлоркой и просто оставляла в прихожей. Но всё равно на внутренней стороне и в швах нашлись следы крови. И ещё в углах сумки, куда она этот дождевик прятала.
— Можно? — в дверь заглянул Артём. Рука у него до сих пор была подвязана.
— Да, заходи. Чаю?
— Нет, спасибо. — Артём сел на место, откуда только что ушёл свидетель. — Как дела?
— Нормально. — Новиков убрал протокол в папку с «делом Чупакабры». — Вот, узнал, откуда у Герды бритва. Купила, оказывается, в Горьком.
— Так и молчит?
— Молчит. Или отборно матерится. А ты как? — Новиков указал взглядом на руку.
— Да всё так же. Как в прошлый раз.
— До свадьбы заживёт, — попытался пошутить Новиков, но осёкся. — Извини.
— Ничего, — пробормотал Артём, помрачнев. — Она же сразу сказала, что ничего у нас не будет, и всё это только спектакль для Герды.
— Ещё не уехали?
— До суда их всё равно не выпустят. Но какая теперь разница. — Артём печально вздохнул, глядя по сторонам. Потом подобрался, как будто что-то вспомнил: — Слушай, чуть не забыл. Я тут на днях встретил Жанну Сергеевну. Ну, учительницу. Она теперь в соседнем доме живёт, да ещё и снова в одной квартире со Светой, представляешь? Так вот, она попросила тебя к ним зайти. Сказала, что надо поговорить.
— Ладно, зайду. Спасибо.
— Как тебе в общежитии? — улыбнулся Артём.