Так и завели мы с Кристиной себе ещё одну киску. Кстати, Котофей, на сородичей Лапки хоть и фырчал, наше пополнение принял довольно благожелательно. Джокаэро, стабильно являющийся в САМЫЕ неподходящие моменты, оценил прибавление, да и выдал вердикт: «Одна баба полезная, транспортная. Вторая не как лягушка какая, симпатичная. Ай молодца!» — И скрылся во тьме, паразит такой, хотя я, по обдумыванию, гнаться и пинать примата не стал: занят был делами гораздо приятнее.
В общем, отдохнули мы душевно, приятно, да и весьма вовремя: психологическая обстановка, отношение друг другу, да и вообще, в целом, стало заметно лучшее.
Правда, не обошлось без некоторой неприятности. Точнее, эксцесса, связанного с Корином.
В общем, дело было так: я, проводя большую часть времени со своими уже девицами, меньшую тратил на аколитов. Общение, лекции, просто забавные истории, причем не далеко только от меня: у всех, включая оперативников, находились весьма занятные истории. Так вот, на определённый момент я стал замечать, что наш несколько подзагоревший варповидец откровенно тупеет. Идиотическая улыбка, соответствующие ей уровнем интеллекта реплики.
Вчувствовался я в свет и ветер, да и выругался — дядька был влюблён, в самой терминальной стадии этого заболевания. Угнетение инстинкта самосохранения, угнетение когнитивных функций, идеализирование объекта интереса… В общем, дурак влюблённый вульгарис. Аккуратные беседы в сторонке выявили: «Виола чудесная, господин Терентий, я отработаю, пусть рабом, а она рада будет быть со мной…» и прочий неудобоваримый бред в адрес местной профурсетки.
И ни варпа это не смешно, кстати. Мне испортили варповидца, причём профессиональная оказательница интимных услуг, которая ДОЛЖНА, именно как профессионал, оценивать состояние обслуживаемого, ну и подобных эксцессов не допускать.
В общем, нахмурился я вполне огнесжигательно, прихватил под мышку Кристину, отыскал рекомую Виолу, да и затеял расследование с пристрастием. Впрочем, вышел и смех, и грех: чуть не плачущая профурсетка выдала:
— Я всё правильно делала, господин! Я не знаю, почему господин Корин так ко мне привязался, правда, нам по контракту нельзя. Я с подругой пробовала меняться, но он меня требует, не виноватая я, господи-и-ин, — заныла не девица.
А псионический допрос обоих добавил весьма печальную, хоть в чём-то и забавную картину. Итак, рекомая Виола если и не гуру платной любви, то достаточно профессиональна, ничего лишнего себе не позволяла, относилась к Корину как к «дорогому клиенту», не более и не менее. И всяких любовий вызвать не тщилась. Вот только психопрофиль фактически всю свою жизнь пребывающего в презираемых рабах дядьки она не учла. Да и не могла, не было таковых на Мире-Рае.
В общем, на поведение «услужливого персонала» Корин воспылал своим всем, чуть ли не первая в жизни женщина у сорокалетнего девственника (вообще — вторая, но не суть), да ещё не презирающая, вежливая… В общем, влюбился, и никто здесь не виноват.
К счастью, природа Кристины тут весьма помогла, избавив путём несложного биомантического вмешательства варповидца от заболевания. А по отлёту, я честно предложил контракт данной Виолы у администрации Радости выкупить. Ей скорее в плюс, а если понравилась девка — так пусть будет у Корина, от чего смущающийся и краснеющий дядька отказался.
Но, ситуация с патогенными гормональными явлениями было единственным негативным моментом нашего отдыха, да и даже оно в чём-то пошло на пользу.
Хорошо отдохнули, довольно заключил я, уже на пути к Капра Мунди. И вместились мы все, невзирая на преувеличенно-ужаснутый вид Боррини в Нефилим.
В системе же началась беготня. Как для артизана с капитаном, так и для меня с Кристиной, хотя к нам и Лапка присоединилась. Но пока кошатина скорее мешала, будучи обучаемой, чем помогала. Хотя последнее — вопрос времени, и против кошачьего присутствия не возражал.
А искали мы ошибки, недочёты, ну и маячки злодейские, не без этого. Но, через месяц, к тестовым полётам, ничего пакостного не нашли: новая мортира примостилась в башенную установку, плазменные макроорудия заняли место по левому борту. Взрываться ни первая, ни последние, по уверению Эльдинга, не желали.
Жучков тоже не обнаружилось, а из всего «аврального», хотя, скорее комичного, была разборка Боррини со старпомом на тему мостика.
Дело в том, что капитан наш с ним разговор, насчёт «совещательной комнаты аколитов», смежной с комнатой руления Милосердия, воспринял вполне серьёзно. Да и я тогда не шутил, хотя и на результат своих слов не рассчитывал. Но прекрасно осознавал, что торчание на мостике не одного меня с Кристиной, а орды аколитов, довольно неуместно.