Собственно, похищения и прочее подобное веселье на станции регулярно происходило, но, со слов Тида, ни крупных боен, ни разборок. «Если будет беззаконнее, чем есть — основные жители станции её покинут», — пояснил палач. Этакий баланс между анархией и орднунгом.
А я… ну, возможно, некий риск и был, в плане нарваться на неприятности. Но такой, фоновый. «Воля мифа» действовала глобально, ей подавай эпичные битвы, сожжённые в варп планеты, а не мелкие кабацкие драки. Это было установлено критерием истины, в рамках как меня, так и тысяч отчётов коллег. И поиск «воли мифа» и его закономерностей — не последняя цель многолетнего изучении отчётов.
В общем, на маршруте от ангара до кабака и обратно — я особых неприятностей не ожидал. А если какой-нибудь еретик начнёт обзываться, так я так обзовусь в ответ, что он устанет от плевков в душу оттираться. И на спину ему плюну. И огнём сожгу, заключила моя справедливость.
Компанию мне, кроме Тида и Кристины, составляли преторианцы. Правда, с молитвами и рыданиями (машинным маслом) отвинтившие с себя многочисленные кибер-черепа механикусов. И, ныне выглядящие, как механикусы без религиозной атрибутики. Довольно распространённый «стиль» на Станции, по словам Тида — подчёркнутая нейтральность.
Наконец, челнок залетел в поистине циклопическую размерами ангарную палубу. Щит, удерживающий атмосферу, там был, но датчики челнока показали, что в столь разреженной атмосфере ходить без шлема — глупо.
И вот, челнок приземлился, ну и покинули мы его — я впереди, за правым плечом Кристина, за левым Тид, насандаливший свой неповоротный чайник шлема на самовар доспехов. Ну и преторианцы полумесяцем охватывали тылы.
Вышли мы, я окинул орлиным взором окрестности — весьма любопытно было: помимо совершенно циклопических размеров, были любопытны суда. Вплоть до полноценных тяжёлых крейсеров тоннажем, археотех Империума в различном состоянии, но и не только. Корыта друкари, корыта остроухих чуть менее гадких, которые эльдар. Явные орочьи корыта. И вообще какое-то ксенонепотребье, ни стилистику исполнения, ни даже «откуда ЭТО летает?!» которых варп поймёшь.
В целом — довольно любопытное зрелище, отметил я, как на меня фактически налетел некий тип. Вот варп знает, что за тип: судя по телосложению и пластике — ушастый извращуга. Но каменюки душ в свете и ветре не проглядывалась, а смрадной тяжести мучительства, сопровождающего друкари — не наблюдалось тоже. Экзодит, или, чем варп не шутит, полукровка какой, лениво размышлял я, наблюдая за суетой тощего. Впрочем, пофиг, решила моя любознательность, да и прислушалась к несомому суетливым.
А суетливый навязчиво предлагал себя как: проводника, торгового агента, переводчика, сексуального досуга даме, много ещё кого. Я спервоначала даже думал возмутиться такому вопиющему шовинизму — чёй-то только даме предлагает, а как же мы? Но тут же до меня дошло, что секис у механикусов, коими выглядели преторианцы, возможен только церебральный. А мы с Тидом явные астартес, алибидимность которых общеизвестна.
В общем, послушал я широкий спектр предложений, да и прогудел своё веское «Нет». Ушастый поподпрыгивал с четверть минуты, вознамерился было зайти на второй круг, но ускорившийся Тид чуть не сшиб его корпусом. Тощий нечеловечески извернулся, да и ускакал в недра станции.
— Не насилие? — уточнил я.
— К попрошайке — нет. Вот за удар кулаком или что-то подобное его хозяева могли «спросить». А так — в рамках приемлемого, — пояснил Тид.
И потопали мы дальше. А вот перед шлюзом в уже обитаемые недра я чуть было не запнулся: нас встречала десятка явных астартес, явных предателей, ну и явных, чтоб их, несунов! Сорт конкретной банды ясен не был, в этих категориях гумуса я толком не разбирался, но легионная книжица с изображённой закорючками фигой, ну и колёр упаковки двуногой ереси сомнений не вызывал.
Так, ну в случае чего — Кристина нас выдёргивает на Милосердие, да и валим от Станции. Сколько бы за нами ни погналось «заинтересовавшихся», в варпе у нас НАМНОГО больше шансов, чем воевать эту дырявую сферу.
В общем, улыбаться и махать я несунам не буду, но и дёргаться до срока — тоже, резонно заключил я, да и потопал вперёд. Несуны всё так же стояли, перекрывая проход, а мы неторопливо приближались. Наконец, в метре от предателей я сделал вид, что отвлёкся от блаародной задумчивости, да и куртуазно вопросил:
— Проблемы?