Дело в том, что на десятке квадратных метров челнока не было ничего, кроме огромного ложа, все эти метры и занимающего.
И направились мы с тереньтеткой на, кхм, разведку Сикаруса.
24. Ты не вейся…
И да, использование челнока как, кхм, траходрома началось с первых минут полёта. Причём Кристина явно развивалась — то, чем мы занимались, не мешало ей навигатить.
Правда, выходила загогулина: даже с мелким челноком «напрямую» в Очко лучше не сигать — небезопасно. Так что транзитом мы прошли мимо Кадии, я даже урвал несколько минут, кинул взор на планету моего грядущего культивирования. Точнее — систему. Потому что Кадия Прайм, планета с пилонами, была важнейшей и центральной, «ни разу не павшей». А так система содержала несколько планет, каждая с приставкой «Крепость». От ресурсодобывающей до планеты-тюрьмы, хотя, последнее мне виделось преизрядным бредом.
А ещё, перед выходом на Сикарусе, я любовался уникальным зрелищем — довольной, удовлетворённой и томно развалившейся тереньтеткой. Так что, иногда, наверное, можно, рассудил я. Но не слишком часто, а то бардак выходит, во всех смыслах.
И вот, уже в самой системе Сикарус, я начал несколько… удивляться. Вышли мы весьма далеко от несунской планеты, вот только, дело в том, что системы-то как таковой НЕ БЫЛО!
То есть, в переливах достаточно «имматериального» пространства бултыхалась планетка, в бордово-серо-золотых тонах. Вокруг неё нарезали орбитальные круги всяческие еретические защитные базы и прочая пакость, на разновысоких орбитах. И… всё. В обозримом пространстве ни звёзд, ни иных планет. Болтается, понимаешь, планетка в варпе, в гордом одиночестве.
Впрочем, «без света» несуны не сидели: вокруг планеты нарезало круги некое варп-искажение, испускающее фотоны и, подозреваю, тепло. Но вращалось оно именно вокруг планеты, было относительно невелико и явно рукотворно: подозреваю, некий алтарь, подпитываемый жертвами.
Далее, в видимом простым глазом спектре орбитальные укрепления несунской планеты были весьма «скособочены» и ассиметричны. Хаосня-хаоснёй, но базы банально оставляли дыры в обороне, что мне видится весьма подозрительным: ну не могли орбитальную группировку строить с лакунами, несуны — не дети Импи с их мазохистским «ну трахните меня».
И, в видимом глазами, пусть и астартес, всё. Так что решил я вдумчиво прочувствовать в свете и ветре окружение, кинул на Кристину взгляд, улыбнулся и выдал:
— Начинаем работать. Приготовься, необходимость бежать может возникнуть в любую секунду, — на что тереньтетка серьёзно покивала. — Одеться не хочешь? — уточнил я.
— Не очень, Терентий, — был мне ответ. — А может мы?…
— Тебе мало?! — искренне возмутился я. — И нашла место, варп подери. На обратном пути, если так хочешь, задержимся, — буркнул я, на что девица довольно зажмурилась.
Блин, вот реально: суккуба — она суккуба и есть, мысленно вздохнул я. Впрочем, моя суккуба, так что путь будет, хозяйственно уточнил сам себе.
И начал вчувствоваться в свет и ветер, окружающий нас. И медленно продолжал фигеть, практически так же, как узрев одиноко болтающуюся планетку с «небесным светом» вокруг неё. Вообще, последнее вполне может быть отражением лоргаристого аспекта — гордыни. Мол, даже свет вращается вокруг него, или что-то там такое.
И дело вот в чём: в свете и ветре пространство на тысячи и десятки тысяч условных километров (условных, потому что топология места бултыхания Сикаруса была достаточно имматериальна, чтоб расстояния становились условностью, а не абсолютом) вокруг несунской планеты располагались потоки света и ветра, выстраивающиеся в явные, многочисленные и чертовски мощные ритуалы.
Куда там Дюреру, с жалкими «подматериковыми» колдунствами. У несунов система была — только ни варпа не «звёздная», а ритуальная. Вполне соответствующая размером звёздной.
— Хм, Кристина, тут ритуал на ритуале, на десятки тысяч километров, — констатировал я. — А как и куда ты скинула куски того апостола? Хочу понять, где примерная граница обнаружения разумного, — уточнил я, поскольку в свете и ветре от Кристины повеяло обидой, да и губу она надула.
Впрочем, пояснение обиду угомонило, ну и на небольшой голограмме планеты, созданной корабельным вычислителем, она начала тыкать пальчиком «куда и откуда».
— То есть, выходит, — задумчиво констатировал я тыкнутое, — Что зона уверенного обнаружения у них даже ниже ближней орбиты. Ни варпа не понимаю, — констатировал я. — На кой им тогда такие чудовищные по размерам варп-проявления? Да и обнаружение такое себе, слишком близко. Хотя, пророки, — напомнил я сам себе, на что Кристина уверенно покивала.