— Весьма дальновидно, коллега, — согласно кивнул Марк.
— Вам кардинала отдать… в смысле, познакомить, чтоб вам не пришлось проводить мизансцену «явление Инквизитора, акт второй»? — любезно уточнил я.
— «Отдайте», коллега, сэкономит время, — был мне ответ.
«Отдал» я попа Марку, в смысле связался, потыкал пальцем в коллегу и уверил попа, что это коллега. Что слушать его надо и прочее. По-моему, судя по морде лица святоши, наша чехарда вселила в его сознание «габаритную дифференциацию» Инквизиторов, мол, чем больше, тем главнее.
Ну да и варп бы с ним, с молодцом этаким, мысленно заключил я, поручкался с коллегой, подозвал Агнессу и, не скрываясь, велел жучков с Марка прибрать — не фиг добром разбрасываться. Ванус с физиономией индифферентной жучков в коробочку прибрала и отошла.
— А я всё думал: снять или оставить, — откомментировал ничуть не удивлённый Марк. — Но решил оставить: мне не мешают, а вам, коллега, спокойнее.
— Инквизиция благодарит вас за понимание и содействие, Инквизитор, — чертовски изящно пошутил я, на что собеседник фыркнул. — Я вас увижу на Сиянии?
— Скорее всего — да, — был мне ответ. — Но вряд ли узнаете, Терентий, — ехидно оскалился Марк.
— Скорее всего, узнаю, Марк, — ещё более ехидно оскалился я.
Посверкав друг на дружку зубищами, мы всё-таки распрощались вполне благожелательно. А я иронично думал, что понятно, что «Инквизитор Марк» — личина. Но уж что-что, а душевный лик коллеги я изучил с пристрастием, так что смена внешности, возраста и даже пола (хотя, последнее вряд ли, слишком «маскулинные» реакции и ощущения) меня от похлопывания астартячьей лапой по плечу со словами «Привет, Марк, а ты сильно изменился за лето!» не удержат.
И вот, выхожу я, значит, из пыточных казематов, роль которых выполняло здание, реквизированное гвардейцами под штаб, вздыхаю с некоторым облегчением, думаю направить стопы свои и аколячьи в направлении космодрома, как зрю я весьма занимательную картину.
Итак, аколятня моя, в прочих делах не занятая, как и телохранители, ошивались, значится, у входа. Кстати, половину беседы с Рагги я потратил на приказы воксом придурка этого смертью не убивать, сам справлюсь, если что. Очень уж с точки зрения преторианцев «падазрительна!» был волчище. Но да не суть, а суть в том, что вместо того, чтобы заниматься каким-нибудь своим делом, этот космоволк ошивался в округе, явно поджидая меня, «чтоб не сбежал», паразит такой!
Далее, просто «ждать» бодрому Рагги не восхотелось, кроме того, насколько я знал, после боя и сильных душевных переживаний (а было и то, и то, факт) у и так несколько разболтанного организма СБ-шников едут гормоны. Не до съехавшей крыши и прочего: невзирая на явные «недоделки» волчар, откровенных «ляпов» Импи не творил. Но, «выпить и потрахаться» у волчар в таких раскладах, судя по мной изученному — чуть ли не обязательная практика.
Ну, надо и надо, вот только в качестве объекта «сударыня, позвольте вам впердолить!» волчара выбрал Моллис Педитес, Мягкую, чтоб её, Лапку, зоофил этакий!
Впрочем, он и сам зверообразный, но всё равно зоофил. Поскольку вид, род и прочие моменты совсем разные. Ну да варп бы с ним, кроме того, если и впердолил бы волчара Лапке — я бы не возражал. Более того, это бы решило некоторую потенциальную проблему с чувствами аколита.
Но, «вдувание» должно быть по взаимному согласию. А в картине, представшей моим гляделкам в материуме и ощущалкам света и ветра варп знает где, взаимностью не пахло. Нет, волчара не валил Лапку на землю и не ставил на четыре кости силой с понятной целью. Попробовал бы — и без меня преторианцы оторвали бы астартес что-нибудь ненужное, член или голову, например. Поскольку приоритетность и установки «своих» у них были мной обозначены, а обижать моих аколитов категорически не можно!
Но, не применяя насилия, этот дон волчан нудно, противно, явно и очевидно против воли Лапки, до неё домагивался, великодушно игнорируя слово «нет».
Выглядело это, как когда протягивающий к девице шевелящиеся пальцы похотливец бормочет: «ну душенька, ну всего разочек, ну тебе понравится!» — в ответ на что мохнатая девица ловко уворачивается от похотливых лапок со словами: «Пойдите прочь, вы мне противны, мряу!»